Одна безумная ночь
В следующее мгновение в дверном проеме появилась рослая фигура Ганнибала Джонса. Кивнув графу, сыщик с усмешкой проговорил:
– Доброе утро, милорд. Уж не это ли вы ищете?
Джонс держал в руке листок, вырванный из блокнота. Даже стоя в другом конце комнаты, Брэнд сумел прочитать два слова: «Ты следующий».
Он подошел к сыщику:
– Позвольте взглянуть поближе.
Джонс сунул записку в карман.
– При всем моем уважении к вам, милорд, не позволю. Этот листок, подтверждающий, что совершено преступление, является чрезвычайно важным документом.
Едва сдерживая гнев, Брэнд сказал:
– Я только хочу взглянуть на почерк.
– А может, вы желаете уничтожить свидетельствующую против вас улику?
– Проклятие, это не мой почерк! Я с удовольствием предоставлю вам образец своего.
– Я его уже видел в книге ставок в вашем клубе. И знаете, есть некоторое сходство...
– Глупости. У меня не было никаких причин убивать Уэдерби. Мы были друзьями. Во всяком случае, до того, как губительное пристрастие полностью им не овладело.
– Несколько месяцев назад он проиграл вам за карточным столом внушительную сумму. Официант из вашего клуба сообщил, что Уэдерби дал вам долговую расписку. Он с вами расплатился?
– Я простил ему долг, – ответил Брэнд. – Вы хватаетесь за соломинку.
Джонс снова усмехнулся:
– Милорд, я по опыту знаю, что деньги довольно часто толкают людей на убийство. Где вы были вчера вечером?
Брэнд стиснул зубы. Ему очень не нравилось, что его вынуждают давать объяснения, но он знал, что сыщик все равно докопается до истины, даже если он ему ничего не скажет. Разумеется, и лгать было бы глупо.
– Я был на вечеринке у Клиффорда Бона.
– Он также бывший член Лиги, не так ли?
– Кто дал вам наши имена?
– Не имеет значения. Итак, вернемся ко вчерашнему вечеру. Скажите, почему вас сопровождала леди Шарлотта Куинтон?
Сыщик ухмыльнулся; было очевидно, что он считал Шарлотту шлюхой. Брэнд схватил Джонса за отвороты плаща. Он, конечно же, понимал, что выбрал не лучший способ доказать свое алиби, однако ничего не мог с собой поделать.
– Мистер Джонс, оставьте в покое даму, – процедил он сквозь зубы. – Или, клянусь Богом, я позабочусь о том, чтобы вашей карьере пришел конец.