Невинная грешница
Черт возьми, он, кажется, доволен жизнью. И тут он увидел Фергуса, выходящего из двери, ведущей в номер из нескольких комнат. При виде Дрейка шотландец на мгновение замер и удивленно приподнял кустистые брови.
— Черт возьми! — удивленно проговорил он. — Я не знал, что ты придешь так рано…
— Я хорошо выспался. И подумал, что нужно просмотреть счета за прошлый месяц. — Дрейк шагнул к двери. — Лазарус здесь?
Фергус метнулся мимо него и загородил собой дверь.
— Чивер плохо себя чувствует. Иди в свой кабинет, и я принесу тебе все книги.
Что-то в поведении Фергуса вызвало у Дрейка подозрение.
— Я сам заберу их.
Он взялся за дверную ручку, но Фергус протянул руку, чтобы помешать Дрейку.
— Только веди себя прилично. Иначе я буду вынужден тебе ответить.
Даже сейчас этот суровый, колючий взгляд мог превратить Дрейка в худосочного десятилетнего ребенка. Не желая отступать, Дрейк смело встретил взгляд старика.
— Отодвинься.
Фергус, не переставая сверлить Дрейка своим взглядом, все же отступил на шаг. Дрейк толкнул дверь. До него долетел гул голосов из дальней комнаты.
Теряясь в догадках, что или кого Фергус мог прятать, Дрейк бесшумно подошел к комнате. Дверь была приоткрыта, и ему видна была часть голубой стены. Он поднял руку, чтобы постучаться, но возобновившийся разговор остановил его.
— Как ты передвигаешься в этой штуковине? — спросил незнакомый мужской голос.
— Верхние этажи, безусловно, представляют проблему, — ответил Лазарус своим мягким проникновенным голосом. — Но Уайлдер устроил пандус в тыльной части здания. Я могу двигаться по цокольному этажу совершенно самостоятельно.
— Значит, ты мог бы передвинуть свою комнату на цокольный этаж. — Этот ледяной женский голос показался Дрейку знакомым. Герцогиня? — По крайней мере, ты бы не зависел от лакея, который должен переносить тебя на руках, словно младенца.
— А главное, я могу теперь улизнуть от тебе подобных, — буркнул незнакомец. — В этом самое большое преимущество такого кресла.
— Не надо ссориться. Вы ведете себя хуже детей. — Алисия. Сердце Дрейка бухнуло о грудную клетку. Какого черта она здесь? И почему Фергус защищает ее?
Толкнув дверь, Дрейк вошел в комнату. Разговор мгновенно прекратился. Четыре головы повернулись в его сторону. За столом сидел, откинувшись в кресле-каталке и сложив руки на своем массивном животе, Лазарус Чивер. Рядом с ним восседала на обыкновенном стуле, словно на троне, Сара, герцогиня Федерстоун. Сбоку от нее — Алисия в элегантном шелковом красновато-коричневом платье, белокурые волосы обрамляли ее бледное лицо, губы были упрямо поджаты.
А незнакомец вовсе не был никаким незнакомцем.
Дрейк почувствовал напряженность в груди, когда встретился с ним взглядом. Он полулежал на сооружении, напоминающем носилки, обложенном подушками, словно некий восточный принц. Глаза его были ясно-голубые, плечи широкие, волосы темно-каштановые, на нем был великолепно сшитый сюртук. На губах блуждала слабая улыбка.
На какое-то мгновение Дрейку показалось, что на его надменном лице сверкнула искра узнавания. Казалось, он знает о существовании некой связующей нити между ними. О существовании близости, нет, родства.
Невозможно. Этот напыщенный аристократ ничего не может знать о существовании незаконнорожденного брата. И Дрейк не стремился к тому, чтобы он это знал… пока что.
Сосредоточившись, Дрейк почувствовал привычную ненависть. Наконец-то он встретился лицом к лицу со своим единокровным братом. С Джеймсом.
Наследником Хейлстока.
Любимым и обожаемым сыном маркиза.