Операция прикрытия

Спустя несколько секунд две серебристые машины уже рвали воздух, стремительно нагоняя диск, нарушивший государственную границу.
Вережников атаковал первым. Расстояние было небольшим, а по целям такого размера бывший фронтовой летчик Илья Вережников промахнуться просто не мог. Следом атаковал неизвестную машину Серов. Атаковал он грамотно, Вережников с удовлетворением отметил, что очередь трассирующих снарядов из авиационной пушки самолета ведомого пошла прямо в центр серебристого диска. Однако разрывов он не увидел. Вместо этого серебристый диск начал стремительно набирать скорость, уменьшаясь в размерах.
Скорость диска потрясала. Не мог самолет набрать такую скорость, просто не мог. Скорость неведомого лета тельного аппарата быстро превысила скорость звука, по том превысила 2М [3] , аппарат наращивал скорость, одновременно набирая высоту, теперь он уже казался маленьким белым облачком, небесное пространство и расстояние скрадывали его размеры.
— Он уходит, командир, — послышался в наушниках голос Серова, — Триста первый, триста первый, противник уходит! Прошу разрешить преследование!
Вережников усмехнулся.
— Второй, второй, — дисциплинированно сообщил он на базу. — Атака нарушителя воздушного пространства СССР оказалась безуспешной. Объект набрал высоту двадцать тысяч метров, что делает преследование невозможным. Уходит на скорости, превышающей 2М. Выполнить учебную задачу в сложившихся условиях также не представляется возможным. Прошу разрешить посадку. Как меня поняли, второй?
— Триста первый, триста первый, — сказал руководитель полета подполковник Гайзер, и по его сухому тону Вережников понял, что разноса не избежать. — Посадку разрешаю. Прошу сообщить, производилась ли фотосъемка в момент атаки?
Вережников удивился нетерпению отцов-командиров, задающих подобные вопросы еще до посадки.
— Картинки при атаке отснял, — сообщил он. — Прошу освободить посадочную полосу.
Истребители по очереди нырнули в белесые сугробы облаков, но прежде, чем они пробили нижний край низкой облачности, Вережников вдруг осознал, что они встретились с чем-то необычным. Раньше, занятый атакой и отчаянно мандражирующий от привычного охотничьего азарта, он просто не успевал задать себе вопросы и удивиться, но сейчас, возвращаясь на аэродром, где разбор полета обещал быть крайне неприятным — ведь и учебно-боевую задачу не выполнили, и нарушителя упустили! — он вдруг осознал, что встретился с чем-то крайне необычным и непривычным. Не было таких самолетов на Земле! У американцев не было, у русских не было, а у других их и быть не могло!
За этими лихорадочными размышлениями Вережников даже понервничать за Серова не успел, все таки бывший курсант ОСП-48 совершал, а не опытный летчик, прошедший нелегкую фронтовую школу. И как оказалось, хорошо, что не успел, Серов посадочку совершил отменно, на три точки, даже лучше, чем в небо взлетел.
Что ж, братцы, если по совести, то этим можно было гордиться!