Инквизитор

– Андрей, – грустно проговорила Дайлана. – Я нашла его в двадцать втором. Родители ничего не знали о его даре, а у него уже тогда был огромный потенциал. Впрочем, как у любого нефалима. Когда ему исполнилось четырнадцать и он впервые ощутил в себе Силу, я рассказала ему о Войне. Думала, он станет новым Хранителем. А он сделал совершенно неожиданный выбор. Остался смертным. Отверг свою Суть. И все эти годы прожил как простой человек. Я ненавидела выбор Андрея, но всегда уважала его. Немногие способны отвергнуть могущество дарха в обмен на немощь человеческой плоти. Он никогда не говорил, почему решился на этот шаг, но только теперь я понимаю, что он не струсил. Возможно, просто почувствовал, что его дорога ведет во Тьму, и не пожелал идти по ней. Возможно, ноша оказалась слишком тяжела. Кто теперь знает. Ответить способен только сам Андрей.
– Однако он пропал. Ведь к вам он так и не вернулся? – проговорил Борис.
– Сатико. Скорее всего, японка встретила Андрея по дороге, – Дайлана говорила совершенно спокойно, прекрасно осознавая, что исход схватки молодого дарха и Древней всегда однозначен. Но сейчас ей не хотелось об этом думать. – А после пришла за мной. Кровожадная дрянь. Я до сих пор не могу поверить, что она мертва.
– Таких, как вы и она, похоже, убить очень сложно, – поделился своими наблюдениями Борис.
Еще вчера Дайлана умирала, и он был практически уверен, что слышит последние удары ее уставшего сердца, а сегодня девушка уже могла спокойно говорить. Интересно, если снять повязки, увидит ли Борис под ними пулевые отверстия? Или они уже успели затянуться?
– Дархи не бессмертны, – отозвалась Дайлана. – Но я всегда считала, что Сати может остановить разве что Инквизитор.
– Может, я и есть Инквизитор? – усмехнулся Борис.
– Нет, – улыбнулась в ответ Дайлана. – Инквизитор пока только должен прийти. И ты, как Хранитель Убежища, в нужный момент откроешь Хрустальные Врата, впуская его.
Борис содрогнулся. Воспоминания прошлого вечера вновь захлестнули его. Хрустальные врата… Бесконечный бег… Тающее пространство… Небо, меняющее цвет, и материя, теряющая плотность. И еще тень человека по ту сторону прозрачной преграды, укрытая пеленой золотого тумана. Он не жаждал повторения шоу. Ему вполне хватило первого раза.
– Надеюсь, второй раз это будет не так жутко, – пробормотал он.
– Что именно? – переспросила Дайлана.
– Ну, когда этот тип, Иншарг, приходил прошлым вечером, он меня до чертиков напугал. Так бывает каждый раз или потом привыкаешь?
– Инквизитор уже приходил?!
Ведьме показалось, что она ослышалась. И последний вопрос Бориса она просто проигнорировала.
– Если это был Инквизитор – то да. Стоял за хрустальной дверью и просил впустить его. Только у меня ничего не вышло, – спокойно пожав плечами, проговорил Борис.
На несколько секунд в комнате воцарилась тишина. Неожиданная и оттого особенно пугающая. А затем ее разбил отчаянный крик ведьмы. Крик, в котором звук сплелся с невидимыми Нитями Силы.
– Н-е-ет!
Борис даже присел от неожиданности, а где-то в соседней комнате висящее на стене старое зеркало вдруг покрылось сетью многочисленных трещинок и лопнуло, осыпая пол пыльными осколками. Похоже, Дайлана снова набирала силу. – Что случилось? – робко спросил новоявленный Хранитель, не решаясь приблизиться к Дайлане. Казалось, ведьма обезумела. Закрыв лицо руками, она рыдала и билась в истерике, не обращая внимания на его вопрос. Из-под повязок снова начала сочиться кровь.
– Перестаньте! Вы же вредите себе!
Дайлана перестала кричать так же неожиданно, как и начала. Резко отдернув руки от лица, она пристально посмотрела на Бориса. И Хранителю не понравился этот взгляд. Слишком много безразличия. Слишком много боли.
– Теперь это не имеет значения. Ничто не имеет значения. Можешь убить меня, если хочешь, – прошептала она.