Древняя кровь
На уцелевшем верхнем конце продолжением резьбы переплетались две изящные змейки — золотая и серебряная. Их пасти сходились на небольшом полупрозрачном камешке. Чем-то похоже на кадуцей — жезл Меркурия. Он же Гермес. Постой-постой — Гермес? Гермес Трисмегист, «Трижды величайший», основатель современных школ магии, алхимии и прочего! Но ведь считается, что герметические учения и магия Древних не совместимы!
Александр попытался рассмотреть посох поближе, взял в руки… Острая боль ударила в ладонь, скользнула выше, и беспокойная льдинка в груди всё-таки впилась в сердце. А потом всё снова исчезло. Только вспышка была черной. Донеслось еще издали: «Сашка, ты что?!» — и больше ничего не было слышно и видно. Потом и мысли исчезли.
— Мужики, сюда! Сашке плохо! — Владимир подхватил падающее тело. Подбежали, перехватили, отнесли от поляны, уложили поудобнее на землю. Нащупали пульс на шее — живой!
Похлопали по щекам, потрясли за плечи — нет, в себя не приходит.
Пока доставали аптечку и искали нашатырь, Владимир нагнулся к выпавшему из рук обломку посоха. На резьбе и змейках медленно исчезали красно-бурые полоски — не высыхали, а словно впитывались в дерево и металл. Взглянул на раскинувшиеся в обожженной траве руки — на ладони блестела кровь. Вспомнилось — держится за дерево, протирает лицо…
— Вот это тебя, браток, угораздило… — шепотом, словно боясь разбудить. И громче, командным голосом: — Ампулу не ломайте, все равно не поможет! Быстро, делаем носилки — и в город! Рюкзаки бросаем здесь, Ваня — караулишь! Говорил Олегу, надо было рацию взять… А, теперь один черт! Спальники доставайте. Ему сейчас тепло нужно.