Небо — для смелых
С этого момента подбор пар, совершенствование техники пилотирования ведущего и ведомого, отработка взаимодействия между ними стали центром всей работы наших командиров по обучению летчиков. Занимался этими вопросами и штаб корпуса. Мы обязали командиров полков сразу же после разбора полетов сообщать о характерных и поучительных воздушных боях, о действиях пар, звеньев и более крупных групп истребителей. Положительный опыт быстро обобщался и доводился до каждой эскадрильи, до каждого летчика.
Постоянно изучалась и практика взаимодействия в бою между парами в группе. Так, очень скоро выяснилось, например, что наиболее выгодным боевым порядком при барражировании оказался «фронт». В этом случае обе пары (если рассматривать, например, звено) идут на одном уровне, внешне здесь нет ни ведущей, ни замыкающей. Что же дает такой боевой порядок, в чем его преимущество?
Предположим, противник, оказавшись позади звена, атакует левую пару. Правой, чтобы отбить эту атаку, достаточно развернуться всего на 90 градусов. Такая же возможность будет и у левой, если нападению подвергается правая. Даже при одновременной атаке обеих пар в принципе ничего не меняется: правая отбивает врага от левой, левая защищает правую. Замечу еще, что такой боевой порядок обеспечивал хорошую зрительную связь между отдельными самолетами и парами, взаимодействие между ними, свободу маневра и, повторяю, давал возможность пилоту концентрировать главное внимание на поиске противника. Действуя смело и решительно, летчики одерживали победы над врагом даже при явном его численном превосходстве.
К слову отмечу, что не только истребители, но и штурмовики, бомбардировщики много поучительного извлекли из боев в небе Кубани. Так, увеличение групп штурмовиков вызвало и изменения в тактике их использования. В условиях сильного противодействия истребительной авиации противника и его зенитной артиллерии удары с ходу не давали желаемых результатов, но зато оборачивались большими потерями. Вот тогда-то и появился знаменитый потом способ атаки целей — с замкнутого круга. Начало ему положили события 2 июня 1943 года. Штурмовая колонна из 36 «ильюшиных», возглавляемая старшим лейтенантом Н. П. Дедовым, нанесла удар по артиллерийским позициям и боевым порядкам противника на восточной окраине села Молдаванского. Она шла на цель на высоте 800 метров, сопровождали ее 30 истребителей. Первая группа сбросила бомбы с крутого пикирования, на бреющем полете сразу же ушла влево и стала в хвост замыкающей, которая только что входила в пике. Так образовался замкнутый круг. Уже первый заход дал большой эффект. Во время второго были подавлены зенитные огневые точки противника. «Илы» создали между собой сильное огневое взаимодействие, и фашистские летчики не решились их атаковать. Наблюдая за «кругом» с командного пункта, командующий 4-й воздушной армией пришел к выводу: найдена-отвечающая специфике «илов» форма их эффективного применения, остается довести ее до возможного совершенства.
Пожалуй, только в небе над Малой землей в полной мере оценил я подсказку того связиста, который посоветовал мне взять позывной «Дракон». Дело в том, что, в отличие от Подмосковья, в боях над Кубанью огромную роль сыграло радио. Ведущие умело управляли с его помощью действиями своих подчиненных, добивались четкого взаимодействия между отдельными группами.
Исключительно важным новшеством в нашей авиации, также получившим проверку в сражениях на Кубани, стали радиостанции наведения. Очень скоро они вошли неотъемлемой частью в систему управления действиями истребительной и штурмовой авиации. Развернутые обычно в 7—10 километрах от линии фронта, они постоянно информировали летчиков о воздушной обстановке, наводили их на противника, предупреждали о появлении и намерениях вражеских истребителей; если требовалось наращивание сил, вызывали группы, патрулирующие над соседними районами или дежурящие на аэродромах.
Истребителям корпуса довелось в ту пору, сражаясь за Малую землю, освоить и воинскую профессию штурмовиков. А началось с того, что и нам, и защитникам плацдарма сильно досаждали вражеские самолета, вылетающие с аэродрома Анапы. Перехватывать их до подхода к плацдарму было сложно: слишком небольшое расстояние; обнаружить врага и предупредить наши истребители не было никакой возможности. Фашисты с этого аэродрома легко и быстро наращивали силы и в дуэльных воздушных боях. Аэродром имел мощные зенитные средства, его прикрывала истребительная авиация. Попытки наших бомбардировщиков разделаться с аэродромом успеха не имели.
Подготовленный штабом корпуса детальный план штурмовки аэродрома я доложил генералу К. А. Вершинину. Суть его сводилась к тому, что мы отбираем летчиков, имеющих опыт ночных полетов, и на истребителях Як-7б, способных нести бомбы и реактивные снаряды, взлетаем еще в темное время, но уже перед самым рассветом. Основной маршрут проходит в темноте, над целью появляемся в первые рассветные минуты, когда можно уже увидеть объекты штурмовки. В состав группы я наметил 8—10 самолетов для удара по земле и еще две пары прикрытия, если в воздухе вдруг появятся истребители противника. И пару самолетов для руководства действиями группы и проведения результатов удара. С ней иду я сам.
Командарм поинтересовался деталями подготовки к этому налету, я пояснил, и план был одобрен.
Отрабатывая с летчиками всю предстоящую операцию, я, конечно же, постарался максимально использовать опыт тех первых штурмовых налетов на истребителях, выполненных еще под Москвой, и особенно по разгрому штаба армейского корпуса под Гжатском.
И вот один за другим взлетают самолеты группы из 43-го истребительного авиационного полка под командованием опытного командира, умелого летчика майора А. А. Дорошенкова.
После взлета выключаем аэронавигационные огни, самолеты и пары увеличивают интервалы и дистанции. Я со своим ведомым лейтенантом С. Н. Калугиным лечу выше и в стороне от строя. Линию фронта прошли на высоте 4000 метров. Затем ударная группа перестроилась в колонну пар. При подходе к аэродрому пары увеличивают дистанцию. Вот уже видны контуры нашей цели — взлетная полоса аэродрома и по ее окружности капониры для самолетов. В них можно различить тонкие фюзеляжи «мессершмиттов». Прямо на открытом месте — несколько бомбардировщиков. Хорошо вижу, как перешла на пикирование пара ведущего группы майора Дорошенкова. За ним вторая, третья. И в этот момент аэродром озарило ярким пламенем: горят самолеты в капонирах и около полосы.