В ловушке
— Жолудев! — выкрикнул кто-то под общий смех Белов жестом успокоил возмущенного штурмана, усмехнулся и сел за стол. Шутка имела старое происхождение. Несколько лет назад Жолудев, яростный борец за чистоту и самый аккуратный человек и отряде, попал в нелепое положение. В Амдерме бушевала пурга, и легчики изнывали от скуки в гостинице. В переполненном номере было накурено, на полу валялись окурки, постели разбросаны. И тут в гости к экипажам заявился сам начальник полярной авиации. Вошел, округлил глаза.
— Грязь! Вертеп! Кто окурки набросал?
— Жолудев, товарищ начальник!
— Безобразие! Чья постель перерыта?
— Жолудева, товарищ начальник!
— Где Жолудев?
— Я, товарищ начальник! Только это все…
— Молчать! Всем покинуть помещение, Жолудеву — произвести уборку и выдраить пол! Через час лично проверю, И взбешенный Жолудев остался выполнять приказ — нрав у начальника был крутой.
Белов забарабанил пальцами по столу, и все притихли
— Леша, — обратился он к радисту, — когда последний раз звонил в радиорубку?
— Только что.
— Ничего?
— Молчат.
Снова барабанная дробь по столу.
— Так… Анекдоты будем рассказывать или мозгами пошевелим? Дима, план аэропорта на стол.
Летчики переглянулись: начальник явно что-то задумал.
— А как думаешь вырулить на полосу? — недоверчиво спросил Крутилин.
— Двумя тракторами, — кивнул Белов. — Спереди и сзади, как на растяжках. Первый разворачивается, второй подстраховывай г. Тросы подцепим на шасси. Становимся против ветра, запускаем двигатели и освобождаемся сначала от заднего трактора, потом от переднего При таком ветре для разбега достаточно метров четыреста, ну, пятьсот . Чего молчишь, Ваня?
— Что-то «ура» кричать не хочется, — пробормотал Крутилин, почесывая в затылке. — Был бы ветер метров пятнадцать…
— Тогда бы и разговора этого не было, — усмехнулся Белов — А ты, Дима?
— Ты полетишь, Кузьмич, и я полечу, — ответил Жолудев. — Но, скажу тебе, шансов — кот наплакал…
— Ребята на Востоке загибаются, а ты — шансы… Когда связывался с «богом погоды»?
— С полчаса. Двадцать шесть метров, Кузьмич… Может, на полосу и вырулим, а что толку? И самолет и себя поломаем.
— Ну, пусть не пятнадцать метров, — подал голос Крутилин. — Хотя бы двадцати дождемся, Коля.
Белов встал, подошел к телефону, набрал номер.
— Ты, Петрович? Белов. Когда дашь погоду?.. Не знаешь, сукин ты сын? А знаешь, что Серега третьи сутки на связь не выходит? Не бог ты, а трепло!
Бешено швырнул трубку на рычаги.
— Докладывать погоду каждые полчаса. Всем ясно?