Мир-кладбище
— Совершенно верно, — согласился я. — В гробу можно спрятать все, что угодно. Кому придет в голову раскапывать могилу? Да никому, за исключением шайки пришлых добытчиков металла, которые, очевидно, решили, что куда выгоднее извлечь из земли парочку гробов, чем без толку рыскать по округе.
— Они разрывали могилы ради металла, — вступила в разговор Синтия, — а как-то раз нашли гроб, в котором вместо скелета лежала груда сокровищ. Быть может, такие могилы особым образом помечены. Быть может, на памятник или на указатель ставится какой-нибудь значок, который, если не знать, куда смотреть, ни за что не заметишь.
— Вряд ли они ориентируются по значкам, — возразил Элмер. — Прикиньте, сколько уйдет времени на поиски по крайней мере одного из них.
— Я думаю, времени у них было достаточно, — парировала Синтия. — Скорее всего, промышлять воровством они начали не вчера, а несколько столетий назад.
— Однако наличие меток ничем не доказано, — сказал я.
— Как это ничем? — воскликнула Синтия. — Откуда же им тогда известно, где копать?
— Вполне возможно, что у них на Кладбище есть свой человек, который наводит их на могилы.
— Вы оба вот о чем забываете, — вмешался Элмер, — что если наших ночных знакомцев все эти безделушки в ящиках интересуют постольку-поскольку?
— Но они прихватили их с собой, — проговорила Синтия.
— Да, прихватили. Сообразили, должно быть, что за них можно выручить кое-какие деньги. Но нужен им был, я уверен, в первую очередь, металл. Сегодня с металлом на Земле туговато. Когда-то его собирали в городах, но на открытом воздухе он быстро ржавел, и потому пришлось искать его под землей. А на Кладбище он не такой старый и гораздо лучшего качества. Артефакты, которые попались грабителям в одной-двух могилах, имеют ценность для нас, поскольку профессор Торндайк просветил нас на их счет, однако мне сомнительно, чтобы кладбищенские воришки разбирались в предметах искусства. Им нужен металл, а все остальное — так, игрушки детям, побрякушки женщинам.
— Как бы то ни было, — сказал я, — теперь понятно, почему Кладбище норовит присмотреть за всеми, кто прилетает на Землю. Им вовсе ни к чему, чтобы кто-нибудь узнал про артефакты.
— В этом нет ничего противозаконного, — заметила Синтия.
— Увы, да. Археологи много лет пытаются пробить закон, который запретил бы торговлю артефактами, но пока безуспешно.
— Грязное это дело, — буркнул Элмер, — неблаговидное. Если правда выплывет наружу, она здорово подпортит Кладбищу фасад.
— И все же они позволили нам уйти, — проговорила Синтия.
— Они просто оказались не готовы, — объяснил я. — Им нечем было остановить нас.
— Потом они попробовали отыграться, — прибавил Элмер. — На Бронко.
— Они полагали, что, уничтожив Бронко, сумеют нас запугать, — подумала Синтия вслух.
— Скорее всего, — согласился я. — Хотя, быть может, они ко взрыву и не причастны.
— Ну да, — фыркнул Элмер.
— Вот что меня настораживает, — сказал я. — Не прилагая к тому усилий, мы умудрились нажить себе кучу врагов. Во-первых, Кладбище, во-вторых, шайка грабителей, а в-третьих, мне кажется, жители деревни. Едва ли они вспоминают нас добрым словом. Из-за нас у них сгорели сеновал и амбар; наверняка кто-то из них пострадал при взрыве. Поэтому…
— Сами виноваты, — перебил Элмер.
— Иди и скажи им это.
— Не пойду.
— Думаю, нам пора трогаться в путь, — закончил я.
— Вам с мисс Синтией надо поспать.
Я посмотрел на девушку.
— Пару часов мы как-нибудь выдержим, верно?
Она уныло кивнула.
— Возьмем лошадей, — предложил Элмер. — Погрузим на них мешки…
— Зачем? — спросил я. — Оставь все здесь. К чему нам лишняя поклажа?
— И как я сам не додумался? — воскликнул Элмер. — Когда они вернутся, кому-то из них придется остаться тут, чтобы караулить добро, а значит, нам будет легче.
— Они погонятся за нами, — проговорила Синтия. — Без лошадей они как без рук.
— Разумеется, — ответил Элмер, — но когда они, в конце концов, обнаружат лошадей, нас уже и след простынет.
— Ты забываешь людей, — неожиданно подал голос Бронко. — Они не способны обходиться без сна и не могут шагать сутки напролет.
— Что-нибудь придумаем, — отмахнулся Элмер. — Давайте собираться.
— А как быть с Душелюбом и его призраками? — спросила Синтия безо всякого, как мне показалось, повода.
— Пусть они вас не волнуют, — сказал я.
Она спрашивала о них не в первый раз. Все-таки женщина есть женщина: человек в затруднительном положении, а она пристает к нему с дурацкими вопросами!