Псы господни

— Полномочия, предоставленные вам ее величеством, Джервас, не дают вам права врываться ко мне в дом, — назидательно заметил граф. — Я прощаю вас, потому что понимаю ваше рвение. Но оно неуместно и лишено смысла. Дон Педро уже сдался в плен.
— Маргарет! Женщине! — негодующе воскликнул сэр Джервас и счел излишним входить в объяснения. Абсурдность самого по себе факта была очевидной. — Пусть по своей воле сдастся властям в Труро, пока не объявлен розыск. С вашего разрешения, милорд, я берусь сопровождать его туда.
— Вы рискуете, его могут разорвать на куски на улицах Труро, — сказала Маргарет. — Это не по-рыцарски.
— Риск исключается, если он пойдет со мной. Можете мне довериться.
— Я бы предпочла довериться этим стенам, — ответила Маргарет.
Выслушав их доводы, Джервас потерял терпение.
— Немыслимо! — настаивал он. — Когда это женщины брали в плен? Как она удержит его в плену?
— В плену удерживает честь, сэр, — спокойно и вежливо ответил дон Педро, — если пленник дал честное слово. Оно связывает меня крепче всех цепей вашей тюрьмы в Труро.
В ответ, разумеется, последовало оскорбительное заявление, которому трудно найти оправдание. Джервас все еще искал основания для спора, но Маргарет отвела его аргументы, напомнив, что ее несчастный пленник ослаб, насквозь промок, замерз, умирает от голода, и как бы ни решилась впоследствии его судьба, исходя из простого человеколюбия, надо одеть, накормить пленника, дать ему отдых.
Граф же, предчувствуя возможность скорее вернуться к изучению Сократа и его рассуждениям о бессмертии души, использовал возможность положить конец спору и выпроводить незваных гостей из библиотеки.