Ловушка для олигарха
— Прекрасно, — он отхлебнул кофе и осведомился:
— Вы часто смотрите телевизор?
— Смотрю.
— Шоу Михаила Зубовина.
— Вот этого? — я включил телевизор, вызвал третью программу, по которой как раз в это время должно было идти шоу. И, как по заказу, на экране появилась улыбающаяся физиономия.
— Я помню чудное мгновение, как говаривал старик Лермонтов, — жизнерадостно, как щенок, протявкал телеведущий.
— Ой, — как от зубной боли, поморщился Кухенбаден, физически страдающий, когда Бебеля путают с Бабелем.
— Это у него всегда, — пояснил я.
Страсть к цитатам в последние два года поразила все слои общества. Только одни цитируют Пушкина. А другие — солиста группы «Кукиш в Заполярье».
— Итак, когда вы в первый раз обнаружили, что ваша женщина вовсе не женщина, а транссексуал? — допрашивал ведущий Михаил Зубовин скромно тупящегося молодого человека.
— Мерзость, — я выключил телевизор.
— Михаил Зубовин, — Кухенбаден отхлебнул еще кофе. — Вокруг этого ничтожества, для которого Пушкин и Лермонтов — одно лицо, что-то затевается. Какая-то афера. Очень крупная.
— Какая афера может вокруг него затеваться? — мне захотелось зевнуть.
— Существует некое соглашение российского экономического «Олимпа» о проекте «Плюс один». И каким-то образом ключевой фигурой проекта является модный телеведущий. События вокруг него уже начали развиваться.
— Какие события?
— Странные события, — многозначительно произнес Кухенбаден.
— Что я должен сделать?
— Разобраться в ситуации.
— У вас своих шпиков мало?
— Вы, Тимофей, надежны как гранит, — польстил он мне.
— Ну, спасибо, — кивнул я. Тут с ним трудно было не согласиться.
— Мы пытались подключить одну нашу сыскную контору. Кончилось все автокатастрофой. Грузовик наехал на машину с тремя частными сыщиками и скрылся.
— Так и раздавили средь бела дня? Зачем?
— Нам дали понять, чтобы мы не совались.
— Какая будет зарплата?
— Сущая безделица, — он назвал цифру. И от нее закружилось в голове,
— А расходы входят? — спросил я.
— Расходы по отдельной смете.
Голова моя сладко кружилась не от жадности. Такие деньги платят, когда намечаются очень серьезные события: И опасные. Кого как, а Аккуратиста ощущение опасности бодрит. Поскольку отношения у меня с опасностью уважительные. Она, опасность, знает, что ей не подстеречь меня из-за угла. А я никогда не страдал ее недооценкой.
— Материалы по проекту «Плюс один» ? — осведомился я. Когда требуют материалы, это означает, что заказ принят,
— Их немного, — Кухенбаден протянул мне лазерный диск.
— Мне нужно знать, с чего все началась, — потребовал я.
— С намеков, оговорок. С незначительных событий. Однажды в одной тесной компании прозвучали эти слова — «Плюс один».
— И сразу все силы бросили на расследование?
— Интуиция. Моя интуиция, Я чувствую, что на «Олимпе» готовится какая-то капитальная пакость. Удивительная пакость.
— Кто заинтересован?
— Берите любого из олигархической верхушки. Они и будут.
— Точнее.
— Не знаю точнее, — в его голосе проскользнуло отчаяние, и стало понятно, что ситуация действительно напряженная.
— Буря, скоро грянет буря, — улыбнулся я..
— Алексей Максимович Пешков. «Песня о буревестнике». Ну, это же школьная программа, — разочарованно произнес гость.
— Зато звучит…