Крылья Победы

Контрнаступление
С 9 июля мы, по существу, уже начали думать о контрнаступлении, хотя противник прекратил активные действия только 12 июля. Мы понимали стремление командующего фронтом не откладывать надолго начало контрудара, чтобы гитлеровцы не успели закрепиться и организовать оборону. Естественно, пробивать брешь в ней предстояло и авиации.
Мы перебросили штурмовики и бомбардировщики поближе к северной части дуги и тем самым сократили расстояния до целей на направлении планируемого главного удара. Предугадывая ход событий, заранее построили там аэродромы маневра, завезли туда горючее и боеприпасы.
Штаб за три дня спланировал действия частей и соединений, организацию взаимодействия в новой крупнейшей наступательной операции. Мы учитывали, что 12 июля орловскую группировку врага атаковали войска Брянского и левого крыла Западного фронтов, а с ними 1-я и 15-я воздушные армии. Это вынуждало авиацию противника обороняться на трех направлениях.
Пока мы готовились к наступлению, гитлеровцы, маневрируя силами, вводили в бой крупные массы самолетов, пытаясь помешать перегруппировке наших войск. Советским летчикам-истребителям приходилось сражаться с полным напряжением сил.
9 июля пятнадцать гвардейцев во главе с Героем Советского Союза капитаном В. Н. Макаровым успешно провели бой с 90 «юнкерсами» и «мессерами». Смелыми атаками они заставили врага сбросить бомбы, не доходя до цели. В воздушной схватке противник потерял восемь машин.
В тот же день наши бомбардировщики и штурмовики не раз подвергали ударам части противника, предпринимавшие настойчивые атаки в районе Кашары.
Мужество и высокое сознание долга проявил штурман экипажа Пе-2 младший лейтенант А. А. Бабочкин. На боевом маршруте он получил тяжелое ранение в живот, но продолжал полет. О случившемся Бабочкин доложил только после того, как сбросил бомбы и начал терять сознание. На вопрос командира, почему раньше ничего не сказал, штурман ответил: «Надо было сначала задание выполнить, вовремя помочь пехоте».
Перед началом новой операции мы усилили воздушную разведку, произвели налеты на оборонительные объекты врага, его коммуникации. Особенно усиленно обрабатывались позиции противника в районе города Кромы, где должна была наступать 13-я армия. Успешно сдержав самый ожесточенный натиск гитлеровцев, она готовилась нанести ответный удар.
15 июля в 6.00 после артиллерийской и авиационной подготовки войска Центрального фронта перешли в наступление и прорвали оборону противника К исходу 17 июля они возвратились на те позиции, которые занимали до начала Курского сражения, и двинулись дальше вперед.
Авиачасти 16-й воздушной армии действовали в соответствии с планом операции, осуществляли авиационную поддержку и сопровождение наземных войск. Ежедневно они совершали до тысячи самолето-вылетов. Особенно сильное сопротивление гитлеровцы оказали нам перед Кромами, на хорошо подготовленных рубежах обороны.
И все-таки войскам Западного, Брянского и нашего Центрального фронтов удалось сломить их оборону. Наши летчики целиком переключились на бомбардировку и штурмовку отступающего врага. Громили его в районах города Кромы и Шаблыкино, а также на железнодорожных путях, забитых составами.
…В начале августа бои на нашем направлении отличались особой ожесточенностью. Противник упорно сопротивлялся. Его укрепления вместе с 13-й штурмовали 70, 65 и 60-я армии.
5 августа войска Брянского фронта освободили Орел. В тот же день части Степного фронта очистили от захватчиков Белгород. Вечером столица нашей Родины первый раз салютовала в честь отличившихся там дивизий и полков.
Мы радовались победам и вспоминали тех, кто не дожил до этого радостного дня. Буквально за несколько часов до салюта командир 2-й гвардейской штурмовой дивизии Комаров сообщил мне, что погиб над целью комэск Иван Михайлович Паршин, награжденный тремя орденами Красного Знамени и орденом Александра Невского. Летчик-сталинградец одним из первых в нашей армии освоил ночные полеты на «илах» и отлично громил врага. В период напряженных боев он совершал по 10 боевых вылетов в сутки.
В последнем, роковом для него полете Паршин вел девятку «илов» на штурмовку танков врага. Неожиданно из облаков вынырнули два «мессера» и с разных направлений атаковали ведущего. Летчик и стрелок были убиты, а самолет загорелся. Наши истребители погнались за «мессершмиттами», но не догнали их. Зато штурмовики отомстили врагу за командира, обрушив на его танки и пехоту сокрушительные удары.
6 августа войска нашего фронта освободили Кромы. Темп их наступления возрос. Отходя, гитлеровцы приводили в негодное состояние взлетно-посадочные полосы аэродромов, даже перепахивали площадки, пригодные для базирования авиации. На восстановление летных полей требовалось время, а его у нас очень не хватало. Тогда мы направили в передовые стрелковые части свои отряды, куда входили специалисты батальонов аэродромного обслуживания и минеры. Занимая оставленные врагом аэродромы, они разминировали их и готовили к приему самолетов. Эта опасная работа нередко проводилась под огнем. Благодаря смелым рейдам аэродромщиков нам удалось перебазировать авиацию та многие площадки сразу же после их освобождения.
К 18 августа был ликвидирован весь орловский плацдарм противника. Войска Центрального фронта остановились для перегруппировки восточнее Брянска, продвинувшись за 37 дней на 150 километров. 23 августа с освобождением войсками Степного фронта Харькова завершился второй этап Курской битвы — победоносное контрнаступление советских войск. Общие потери врага составили более полумиллиона человек, около 1500 танков, 3000 орудий и 3700 самолетов. Немецко-фашистская армия потерпела сокрушительное поражение, от которого уже не смогла оправиться до конца войны Стратегическая инициатива окончательно перешла к нам, мы добились и полного господства в воздухе.
Впереди была Десна. Путь к ней открывала Севская операция. На этот раз главный удар наносила 65-я армия, а 13-я находилась в резерве. Она вынесла основную тяжесть в Курском сражении и теперь накапливала силы. 70-я же армия уже пополнилась и вводилась в бой. 48-я армия занимала позиции правее 65-й.