Человек из февраля

2.9. Десятый «визит» Февральского человека: как «сон» усиливает возрастную регрессию и доводит ее до шестилетнего уровня; предпосылки терапевтического использования возрастной регрессии
Эриксон: Ну, давай пожмем друг другу руки – один, два, три, четыре.') Теперь все в порядке. Сколько тебе лет? 
Клиентка: Не знаю.
Эриксон: Не знаешь? Подумай, сколько тебе лет? 
Клиентка: Не знаю.
Эриксон: А ты знаешь, кто я? 
Клиентка: Да.
Эриксон: И кто? 
Клиентка: Февральский человек.
Эриксон: А тебе не шесть ли лет? 
Клиентка: Вроде нет.
Эриксон: Закрой глаза и засни на минутку. Я хочу, чтобы тебе было шесть лет, чтобы тебе было шесть лет. И я хочу поговорить с тобой.
Клиентка: Привет.
Эриксон: Сколько тебе лет? 
Клиентка: Шесть.
Эриксон: А какой сейчас месяц? 
Клиентка: Февраль.
Эриксон: Февраль. 
Клиентка: Вы всегда приходите в феврале.
Эриксон: Это действительно так.
Росси: Я с интересом слежу за всеми теми вроде бы незначительными деталями, которые Вы все время добавляете к основному приему наведения транса и вызову возрастной регрессии. Клиентка уже попала в другой – гипнотический – мир и общается с Вами – Февральским человеком; Вы хотите, чтобы ей было шесть лет, и просите ее закрыть глаза, заснуть на мгновение и почувствовать себя шестилетней девочкой.
Эриксон: Если я прошу клиентку об этом, она может не согласиться с моей просьбой. А вот мой приказ: «Закрой глаза и засни на минуточку. Я хочу, чтобы тебе было шесть лет» – она не может не выполнить.
Росси: То есть она реагирует на Ваш приказ совершенно подсознательно, когда «спит», и ее сознание в этом вовсе не участвует?
Эриксон: Ну, да.
Росси: Это чисто гипнотическая модальность: подсознание начинает свою автономную деятельность, прячась за ширмой сна. То есть на самом деле клиентка не спит. Сон – в данном случае только метафора, которая указывает на то, что подсознательные процессы могут начать свою творческую работу.
Эриксон: Шестилетний ребенок очень доверчив.
Росси: Я понимаю. Именно для этого и служит возрастная регрессия. Детское восприятие и вера в терапевтичекое внушение значительно сильнее, чем у взрослого, скептически настроенного человека.
Эриксон: Но только не надо говорить о вере ребенка. Для него внушение оборачивается реальностью!
2.10. Как можно постепенно побороть страх плавания вполне естественным путем: от амбивалетности к определенности; сопоставление умозаключения и реальности
Эриксон: Скажи-ка мне, ты купалась летом? 
Клиентка: Да.
Эриксон: Тебе понравилось? 
Клиентка: Типа того.
Эриксон: Что это за выражение – «типа того»? 
Клиентка: Наверное, понравилось.
Эриксон: Смотрите, мой вопрос: "Что это за выражение – «типа того»?" и ее ответ: «Наверное, понравилось.» Клиентка идет на уступки своему реальному прошлому, когда говорит «типа того». Но я не отстаю от нее до тех пор, пока она четко не говорит: «Наверное, понравилось.» Ей понравилось!
Росси: Вы даете клиентке почувствовать позитивный аспект ее переживаний и она наконец-то может ответить, что «ей понравилось»!
Эриксон: Гм. Вполне естественно для процесса развития.
Росси: Шаг за шагом, постепенно, клиентка стала воспринимать как нечто само собой разумеющееся то новое, что ей несомненно нравится – победу над своим страхом. В этом заключается Ваш натуралистический подход – как можно точнее сымитировать процесс естественного психологического развития.
2.11. Как уменьшить чувствительность к трагическому эпизоду путем неоднократного повторения рассказа о нем: как с помощью будущего времени и обещаний облегчить пациенту процесс воспоминания; как гремучую змею вымели за порог
Эриксон: А почему ты ответила, что тебе «наверное» понравилось? 
Клиентка: В этом виноват мой обычный страх.
Эриксон: Страх чего? 
Клиентка: Того, что люди тонут.
Эриксон: Что, утонул кто-нибудь из знакомых? 
Клиентка: Нет.
Эриксон: То есть этого вообще не было? 
Клиентка: Нет.
Эриксон: А знала ли ты кого-нибудь, о ком ты думала, что он утонул?
Клиентка: Однажды мне показалось, что Элен утонула.
Эриксон: Кто такая Элен? 
Клиентка: Моя сестра.
Эриксон: Когда это случилось? 
Клиентка: Давно.
Эриксон: Где это произошло? 
Клиентка: По соседству.
Эриксон: И как это все было? 
Клиентка: Я уже Вам рассказала.
Эриксон: Расскажи еще раз.
Клиентка: Я пыталась поднять ее и уронила в воду.
Эриксон: Что было потом? 
Клиентка: Потом прибежала мама и вытащила ее из воды.
Эриксон: И как она выглядела? 
Клиентка: Вся посинела.
Эриксон: Что ты чувствовала при этом? 
Клиентка: Мне было ужасно плохо. Я думала, что она умерла.
Эриксон: Ты думала, что она умерла. 
Клиентка: Да.
Эриксон: Джейн, мы уже не раз с тобой встречались. Когда-нибудь, когда ты станешь выше и старше, я хочу, чтобы ты мне все рассказала про это. Я хочу, чтобы ты все вспомнила – а потом мне рассказала. Ты выполнишь мою просьбу? Когда-нибудь, когда ты станешь выше и старше, ты это вспомнишь очень подробно. Когда-нибудь, когда ты станешь выше и старше, мы с тобой поговорим. Я буду называть тебя Джейн и я скажу тебе: «Джейн, расскажи мне об этом. Все-все-все». Как тебе кажется, ты сделаешь это? Я хочу, чтобы ты мне все рассказала, но только не сейчас, а когда ты станешь выше и старше, когда ты повзрослеешь. И расскажи мне об этом при первой же возможности. Сразу же, как сможешь это сделать. Так же, как ты некогда смогла сказать: «Peter-Piper-picked-a-peck-of-pickled peppers»'). Ты ведь учила эту скороговорку? Я хочу, чтобы тогда, когда ты станешь выше и старше, ты все-все мне рассказала, даже то, о чем сейчас совсем забыла. Все, что ты теперь не помнишь, ты вспомнишь в нужный момент. Видишь, что я тебе обещаю.
Клиентка: Вижу.
Эриксон: А теперь – что мне нужно сделать, Джейн, чтобы ты почувствовала уверенность в том, что все мне расскажешь?
Клиентка: Вы меня должны все время спрашивать – и это будет напоминать мне об этом.
Эриксон: И когда ты станешь выше и старше, ты все мне расскажешь об Элен, правда? Ты ведь сделаешь это? Обещаешь? Ты расскажешь мне даже то, о чем пока совсем не помнишь.
Клиентка: Но как же я тогда вспомню?
Эриксон: Вспомнишь, даже если для этого тебе придется повторить свой рассказ два, три, четыре, пять раз. Согласна? (Клиентка кивает.) И когда ты станешь выше и старше и будешь со мной разговаривать, будет очень хорошо, если ты мне расскажешь не только, что происходило, но и то, какие чувства ты при этом испытывала. Ведь ты себя гадко чувствовала, когда это случилось, правда? Мне хотелось бы, чтобы ты мне рассказала о своих ощущениях. Ты сделаешь это? 
Клиентка: Да.
Эриксон: Дать тебе немного поспать? 
Клиентка: Да.
Эриксон: И все-все вспомнить, ладно? 
Клиентка: Да.
Эриксон: И когда ты станешь выше и старше, мы опять увидимся, Джейн, и я тебе скажу: «Джейн, расскажи мне об Элен». И ты мне все расскажешь, вне зависимости от того, сколько тебе будет лет – десять, двенадцать, шестнадцать, девятнадцать или двадцать пять.