Везунчик

Пал Ваныч пожрал меня бешеным взглядом. Но не на такого напал, видывали мы в работе всякие взгляды!
— Пресса утверждает, что ночью возле клиники была стрельба. «Стерлинг»и пистолеты…
— Возможно! — Я закинул ногу на ногу. — Однако, если и так, я в ней участия не принимал. Меня там либо еще, либо уже не было.
Пал Ваныч опустил глаза и оценивающе посмотрел на сцепленные пальцы своих рук:
— Что там, говорите, у вас с подозреваемыми?
— Ничего. Я уже доложил, кому предоставлю отчет.
Пал Ваныч расцепил пальцы и сжал кулаки.
— Послушайте, молодой человек… Не зарывайтесь! Я могу сделать так, что у вас будут большие неприятности с правоохранительными органами.
Я пожал плечами:
— Но ведь я нарушил закон, работая на вас. Подставить меня было бы некрасиво с вашей стороны… Ну да ладно! Списываю угрозу на ваши нервы. Гибель делового партнера — это не шутка, понимаю. Всегда начинают рваться налаженные связи… У меня есть подозрения, что женщина, явившаяся к Марголину, была его любовницей. Между ними, судя по некоторым данным, вышла размолвка. Возможно, он наставил своей пассии рога.
— Сукин кот! — Пал Ваныч скрипнул зубами. — Предупреждал я его насчет бабья. Но он был из тех, у кого нижняя голова срабатывает раньше верхней… Вы уже вычислили эту стерву?
— Пока не успел. Я должен был заниматься вычислением именно сейчас. К тому же она, вполне возможно, убийцей и не является. Кстати, вы способны выяснить, когда именно наступила смерть Марголина?
— Уже выяснил. В прошлый четверг, в четырнадцать сорок пять, плюс-минус пятнадцать минут.
— Что ж, — я кивнул, — возможность у этой дамы была. Осталось выяснить мотив и найти оружие. И можно будет передавать дело в суд.
— Я ее и без суда достану! Только отыщите! А уж я с нею рассчитаюсь!
Он произнес эти слова таким тоном, что мне сразу поверилось: рассчитается. Я даже испугался за женщину. Убивала она Виталия Марголина или нет, но над ее жизнью нависла вполне реальная опасность. Видно, смерть доктора здорово расстроила деловые планы Пал Ваныча.
— Следует ли понимать, что я продолжаю заниматься делом Марголина?
— Следует! С вашим… э-э… боссом я договорюсь. — Поливанов встал из-за стола, подошел и положил на мое плечо тяжелую руку. — Найди эту стерву, парень! Найди ее!
Мне ничего не оставалось как ответить:
— Найду, господин Поливанов!
На том и расстались.
Закрыв дверь, я спросил секретаршу:
— Где можно найти Ингу Нежданову?
Девушка мило улыбнулась:
— Налево по коридору, кабинет номер пять.
Через минуту я уже стучал в нужный кабинет.
— Войдите, — отозвался знакомый голос.
Я вошел. Комнатка была маленькой. Инга сидела за столом. Пальцы ее бегали по клавиатуре гейтса.
— Соскучился, — пожаловался я. — Привечают ли здесь бедных одиноких мужчин?
Инга оставила клавиатуру в покое, встала и потянулась. Стройная, в деловом синем костюме, она как никогда напомнила мне Лили.
— Привечают, привечают, — сказала она. — Но не здесь и не сейчас.
— А где и когда? — Я раздел ее глазами, и она с удовольствием впитала в себя мой взгляд. Как стрелу Амура…
— Отмычки пригодились?
— Пригодились.
— Конечно, не привез, конь в малине?
— Конечно!
— Лоботряс! Ладно, приеду за ними сама.
— А если они мне еще понадобятся?
— Все равно приеду. Сегодня вечером, в восемь. А теперь, америкен бой, — извини!
Она еще раз потянулась, грациозно, как кошка. Села за стол. И тут же превратилась в неприступную деловую женщину. Ничего похожего с Лили.
Я все понял, послал Инге воздушный поцелуй и выкатился из кабинета.
 
Глава 20
Когда я повернул на улицу Нахимова, опять замурлыкал мобильник: у Инги что-то изменилось в планах, и она хотела сообщить мне об этом. К примеру, что приедет на час раньше…
Я перехватил руль левой рукой и взял трубку.
— Слушаю!
— Але! Говорит Подрядчикова, владелица меблированных комнат на Большой Московской улице… Это ты, милок, забегал ко мне вчера после обеда?
— Я, мамаша. Что случилось? Неужели к Альбине пришел незваный гость?
— Нет, милок. Но она только что съехала от меня.
— Как съехала?! — Я вложил в свой голос максимум удивления. — Куда это?
— Не знаю, милок, не знаю. Ничего не сказала. Собрала манатки и поминай как звали.
— Ее никто не спрашивал?
— Никто, милок.
Я досадливо крякнул:
— Спасибо, мамаша! Вы — добрая женщина, дай вам бог здоровья. — Положил трубку на правое сиденье и снова крякнул: на этот раз уже для себя.
Вот чертова девка! Что у нее за игры начались?! Если удрала из-за моего визита, почему не сделала этого еще вчера? А если я ни при чем, то почему удрала, коли никто не спрашивал?.. Впрочем, найдется ли в мире частный детектив, способный разобраться в женской да еще насмерть перепуганной душе! Может, по ТВ узнала о гибели Виталия Марголина и сочла за лучшее исчезнуть еще раз?.. Впрочем, ладно, не до нее сейчас. Альбину я все равно отыщу, как только потребуется. Паутова-старшая на хвосте приведет. А пока отодвинем «дев рыжих да зеленоглазых»в сторонку.
Я подрулил к отелю и поднялся на свой этаж. Отпер номер и остолбенел.
Все шкафчики были открыты, ящики стола выдвинуты, немногочисленные мои тряпки валялись на полу. Слава богу, хоть гейтс не разгромили!
Я хотел выйти из номера и позвать коридорную. Но потом передумал. Позвонил Инге.
— Я же сказала, конь в малине, что вечером приеду! — возмутилась та.
— Есть дело. Архисрочное! В моем номере, пока я встречался с Поливановым, произвели обыск.
— Обыск? — Инга встревожилась: аж голос зазвенел. — Ты уверен, америкен бой?
— Уверен.
— Может, гостиничные воры?
— Сомневаюсь. Ничего не украдено. Правда, здесь особенно и красть нечего. Все свои причиндалы ношу с собой, а тряпки… Кому они нужны!
Повисла пауза: Инга размышляла.
— Ладно, — сказала она наконец. — Сейчас доложу Пал Ванычу. Жди моего звонка.
Я еще раз осмотрел номер. Потом плюхнулся на кровать и закурил.
Может, тут и в самом деле побывали воры?.. Говорят, в России воровство процветает до сих пор. Как начали таскать в прошлом веке, когда все было ничье, так и не могут остановиться! У нас в Штатах, правда, тоже обчищают, но не в одном же из лучших отелей города!.. Впрочем, иной вариант означал бы, что и меня кто-то заподозрил в воровстве. Со всеми вытекающими для моей шкуры последствиями!..
Я раздавил окурок в пепельнице и нацедил из сифона стакан минералки. Выглотал с шумом и жадностью, будто был с бодуна.
«Что у вас там, в Большом Бодуне, засуха что ли?..» Хороший текст, иногда бывает к месту… Долго же она докладывает своему Пал Ванычу! Будто от кабинета до кабинета две мили! Однако ладно, к ожиданию нам не привыкать…
Мобильник мурлыкнул. Я схватился за него, как потерпевший кораблекрушение за спасательный плот.'
— Слушаю!
Ингин голос:
— Это я, америкен бой… Пал Ваныч считает, что ты сам должен решить возникшую проблему. Я пыталась его переубедить, конь в малине, но он бывает порой слишком упрям. Даже когда ошибается.
— Понял, — сказал я.
— Извини!
— Не извиняйся, он прав! Пока! — Я выключил аппарат и закурил очередную сигарету.
Конечно, ее разлюбезный шеф прав. Случившееся слишком незначительно, чтобы распускать круги по воде. Тем более если ничего не украли… Но как себя вести мне? Поднять шум — привлечь к своей скромной фигуре внимание! Не поднимать шума — тоже привлечь внимание… Честный человек, когда его грабят, обязательно кричит: «Караул!» Вор молчит в надежде свести счеты попозже… Да-а, парни, кто-то вольно или невольно организовал мне небольшой психологический тестик. И теперь потирает руки, ожидая реакции. Конь в малине!.. Ладно, вот вам реакция!
Я вызвал коридорную и продемонстрировал ей следы разбоя. Та разохалась, разахалась и немедленно позвонила в службу безопасности отеля. Через две минуты явился мордоворот на полголовы выше меня, оценил обстановку и поинтересовался: