Стальные короли
Йохим встал и, потребовал тишины.
— Каковы будут приказы, мой король?
— Прежде всего, ни слова о наших планах, пока все воинство не соберется у подножия гор. Когда ярмарка завершится, купцы разбредутся по всему свету. Я не сомневаюсь, что у Лерисы среди них есть шпионы.
Они поймут: что-то затевается, но не будут знать, что именно. Я хочу, чтобы все передали вождям, которых нет здесь. Я хочу, чтобы вы собрали всех своих воинов, и они встретили меня у подножья первого перевала со всеми своими кабо и со всем снаряжением, готовые к величайшей и самой быстрой войне, когда-либо происходившей. Наши племена будут слагать о ней песни тысячелетиями!
В ответ на это раздались дикие крики. Когда все утихло, Гейл снова заговорил.
— Через перевалы надо пройти прежде, чем их занесет снегом. Это значит, что у нас не больше месяца. Времени терять нельзя.
Совет завершился. Никто не протестовал против войны, несмотря на ее грандиозный размах. Наоборот. Воины пришли в возбужденное состояние, понимая, что их ждет приключение, равного которому не упоминалось даже в древних легендах. Для них это было очередным доказательством того, что духи коснулись их короля, и им исключительно повезло жить в одно время с ним.
Покинув палатку, вожди пошли к своим воинам, предупреждая их не проявлять своего возбуждения перед чужеземцами. Для младших воинов это было нелегко, но они сумели сдержать себя.
Гейл и сыновья вернулись в королевскую палатку, где королева Диена осушила свои слезы и была полна решимости держать себя в руках. Они поели вместе, а после еды Анса рассказал отцу о том, что произошло с ним в прошлом году на Юге.
— Она помешана на том, чтобы вернуть себе юность, отец, — сказал Анса, — и считает, что Каньонцы могут это сделать. Очень странный народ эти Каньонцы, я так и не смог понять, действительно ли они чародеи. Но Фьяна совершает поступки, которые не кажутся естественными. Она вернула короля Грана с порога смерти. Причем поняла, что с ним происходит, просто дотронувшись до его лба.
— Сильно это ему помогло, — сказал Каирн. — Город, должно быть, теперь разрушен, и еще ни одна правящая семья не выжила после того, как Гассем захватил их.
Анса пожал плечами.
— Не могу сказать, что мне нравятся граниане. Они слишком чуждые нам. Но уж лучше они, чем Гассем и его орда. Подожди, пока увидишь его женщин-воинов, братишка. Это что-то из ночных кошмаров. Они палачи и людоеды, и шессины такие же, только выглядят поприличнее.
Гейл покачал головой.
— Из всего, что сделал Гассем, самое ужасное то, что он развратил наш народ. Шессины раньше, на островах, были благородными воинами-пастухами. У нас были суровые, но хорошие законы. Быть воином-шессином значило быть самым лучшим созданием под небесами. Теперь они тупые убийцы, питающие чудовищное самомнение и честолюбие Гассема. Как могли уважающие себя воины подчиниться этому человеку?
Диена фыркнула.
— Около пяти тысяч юных верховых глупцов собираются сделать то же самое ради тебя.
— Это не ради моей великой славы, — с непривычным пылом сказал Гейл. — Это ради того, чтобы спасти наш народ.
— Им это все равно, — ответила она. — Они идут, потому что этого хочешь ты, и еще — чтобы повеселиться.
Гейл вздохнул.
— Может, и так. Гассем и я — величайшее бедствие, обрушившееся на этот мир. Мы две стороны одной медали.
— Ты ничего общего с ним не имеешь! — воскликнул Анса. — К моему прискорбию, я встречал Гассема, и он — воплощение зла. Ты — единственная надежда мира, отец. Никогда не сомневайся в этом.
— А я встречал Мертвую Луну, — сказал Каирн. — Анса прав.
Королева печально улыбнулась.
— Я вижу, что осталась в одиночестве. Очень хорошо, идите и воюйте. Я останусь дома с дочерью, и мы будем считать луны до вашего возвращения.
— У нас есть немного времени, пока не соберется воинство, — сказал Гейл. — Я намереваюсь вернуться в холмы и заново познакомиться с Калимой.
— Превосходно, — сказала Диена. — Звучит так, будто к завершению вашей войны она уже вырастет и выйдет замуж.
— Ты преувеличиваешь. Война будет великой, и мы пройдем большие расстояния, но она будет стремительной. Я рассчитываю завершить ее в течение одного сезона. Мы пройдем через перевалы до того, как ляжет снег. Жди нас к следующему сезону дождей.
— Менее полугода, чтобы объехать мир? — спросил Анса.
— Надо напомнить дочери, — сказала Диена, — чтобы она никогда не выходила замуж за фантазера-воина, отмеченного духами.
Глава шестая
Лериса никогда не любила низменную прибрежную местность, но после стальной шахты все было прекрасным. Она следовала за своим супругом-завоевателем в любое место, и это жаркое, влажное, кишащее насекомыми болото было не самым худшим вариантом.
Помимо личной охраны с ней был эскорт местных пехотинцев. Маленькое, но непокорное королевство Тезас оставалось последней независимой страной между Империей Гассема и провинцией Мецпы Дельтой. Гассем легко мог захватить Тезас, но пока предпочел оставить буферное государство между своими землями и Мецпой. Как обычно, он заверял короля Тезаса в своих мирных намерениях, заявляя, что все свои территориальные завоевания он уже завершил и теперь желает только мира и братских отношений со своими соседями. Лериса сомневалась, что король был настолько глуп, чтобы принимать все это за чистую монету, но у него не было другого выбора, как только делать хорошую мину. Прежде, чем явиться сюда, Лериса написала ему в самых лестных выражениях, умоляя оказать им услугу и быть их проводником, дабы они в безопасности могли проследовать через его королевство. Он согласился и настоял на почетном эскорте из своих воинов.
Теперь она изучала этих воинов, и ей нравилось то, что она видела. Они были совсем не похожи на своих соседей гранианцев: выше, кожа бледнее, у многих голубые глаза, волосы от почти черных до светло-каштановых, черты лица угловатые и резкие. Они избегали ярких, цветных, украшенных перьями униформ своих соседей, одеваясь в кирасы из кожи рептилий поверх коротких, грязного цвета туник. Каждый нес высокий щит из ивовых прутьев и кожи, на поясах висели короткие мечи, а в руках они держали копья. Шлемы были из кованой бронзы, с болтающимися нащечниками и затыльниками, сделанными, как оказалось, из панциря черепахи. Обуты воины были в прочные сандалии с толстыми подошвами. Воины казались сильными и знающими свое дело, и с первого взгляда на них стало понятно, почему Тезас оставался независимым государством, несмотря на небольшую территорию и относительную бедность. Когда они попадут под иго Гассема, из них можно создать первоклассную тяжелую пехоту.
— Далеко еще? — спросила она тезанского офицера, ехавшего рядом с ней. Только кабо и позолоченный эфес меча отличали его от других.
— Не больше часа, — ответил он.
Тезанцы говорили на южном диалекте с таким сильным акцентом, что ей до сих пор было трудно понимать их. Все ее разговоры с этими людьми сводились к коротким простым предложениям. Он ехал, повернув лицо строго вперед, что сильно забавляло Лерису, она-то знала, что ему интересно посмотреть на легендарную королеву Империи Островов. Так он и останется в неведении о ее внешности, подумала она. Прибрежное солнце и тучи жалящих насекомых вынуждали ее путешествовать в широком одеянии для пустыни, дополненном густой сеткой, спадающей с полей шляпы до плеч. Он мог видеть только смутный намек на ее знаменитую красоту.
Лериса с облегчением вздохнула, завидев прибрежный город. Группы каменных домов с низкими крышами из тяжелого сланца, а за ними — бесконечная вода, долгожданное зрелище после стольких лет, проведенных в глубине страны.
— Прочные здания для такого маленького города, — казала она, произнося слова медленно и отчетливо.
— С моря приходят большие штормы, — пояснил офицер. — Они сносят все, построенное не очень прочно. Иногда даже камень недостаточно прочен.