Однажды летом
Кей расхохоталась.
– Ты так ничего и не поняла, да? Бедное, глупое создание. Ты же Энн Смит, органистка. Милая маленькая Энн. С виду такая тихоня. Всегда любезная, скромная. Никто бы никогда не подумал, что ты на самом деле потаскуха, верно? Никто, кроме меня. Я-то знала. Я так хорошо знала его. С той самой минуты, когда ты начала заманивать его, а он поддался. С того самого момента, когда он из-за тебя разбил свои брачные узы. Он был моим. Он и сейчас мой.
Рейчел с широко раскрытыми глазами слушала эту бессвязную речь. Кей выглядела совсем как сумасшедшая. Во всяком случае, она была другая, и даже голос ее звучал не так, как обычно. Может, у нее раздвоение личности? При мысли об этом в сердце Рейчел закрался страх. Она незаметно отстегнула ремень безопасности и придерживала его одной рукой, а пальцами другой руки пыталась нащупать ручку дверцы. Она была готова выпрыгнуть на ходу. Готова на все, лишь бы не оставаться наедине с Кей.
– А-а. Закрыта, – сказала Кей, пальцем указав на дверцу, которую безуспешно пыталась открыть Рейчел. Глаза Кей были широко распахнуты, но Рейчел показалось, что они ничего не видят. Она чувствовала, как что-то – не Кей, но что-то – смотрит на нее сквозь эти глаза, подобно тому как зверек выглядывает из своей норки.
– Кей… Все это лишено какой-либо логики. – Рейчел старалась говорить тихим и ровным голосом. Здравый смысл подсказывал ей, что Кей не сможет держать ее в своей машине вечной пленницей. Она решила, что главное – это хранить спокойствие, и тогда все образуется. То, чему она оказалась свидетелем, было жутко, но все-таки она пыталась объяснить это своего рода нервным срывом. Видимо, в последнее время Кей переживала сильный стресс. Рейчел устыдилась того, что была так занята собственными проблемами и не замечала чужих.
– Ты хочешь логики? – Кей злорадно улыбнулась. – Ты хочешь понять, что происходит, Рейчел? Ты могла бы спросить Энн, но ты ведь даже не знаешь Энн, верно? Разве что подсознательно. Так вот, я расскажу тебе. Ты, как и Энн, украла у меня мужа. Соблазнила его на адюльтер. Ты согрешила с ним. Вы оба считали, что я ни о чем не догадываюсь. Но я все узнала. Узнала и положила этому конец. Да, он слаб, ты же знаешь, слаб. Он слишком падок до женщин. Когда он обнаружит, что я сделала с тобой, у него навсегда пропадет охота блудить. Во всяком случае, в этой жизни. Он забудет о том, как шляться с дешевыми потаскухами, игнорируя порядочную женщину, чья любовь и есть его судьба. Я ведь была простушкой, ты знаешь. А ты была хорошенькой. Все его женщины были хорошенькими.
– Ты очень симпатичная, Кей, – выдавила из себя Рейчел.
Кей посмотрела на нее с такой ненавистью, что Рейчел невольно отпрянула.
– Я думала, что они – это ты. Но нет. Ты все время оставалась в тени, верно? Обдумывая, как бы его соблазнить. Но наконец я тебя нашла.
Рейчел заглянула в почти черные глаза и увидела в них реальную, неприкрытую угрозу. Кей, что бы там с ней ни происходило, искренне верила в свои слова. Рейчел с трудом поборола внезапный приступ паники. Она понимала: во что бы то ни стало нужно сохранять спокойствие.
– Кей, тебе нездоровится. Почему бы не развернуться? Мы бы поехали обратно в больницу, и тебе там оказали бы помощь. Пожалуйста, Кей. – Вопреки всем стараниям голос у Рейчел дрожал. Каждой клеточкой она чувствовала опасность, но разум отказывался верить в то, что угроза исходит от женщины, бывшей ее давней подругой. В голове настойчиво стучало: «Этого не может быть. Это происходит не со мной».
– Я не Кей. Я – Сильвия Бомгарднер, супруга преподобного Томаса Бомгарднера, настоятеля этой церкви. Тебе Томас известен под именем твоего драгоценного Джонни. – Последние слова Кей произнесла со зловещей издевкой. Чуть притормозив, она свернула с шоссе и, продолжая что-то рассказывать, жестом указала в окно.
Рейчел, теперь уже не осмеливавшаяся смотреть по сторонам, все-таки успела заметить, что они находятся в окрестностях Уолнат-Гроува и путь их лежит по узкой разбитой дороге к баптистской церкви. Уставившись на показавшееся вдали здание церкви, Рейчел с ужасом осознала смысл всего сказанного Кей.
Как и все в Тейлорвилле, Кей выросла на легенде о священнике, который изменял своей жене с органисткой, и о кровавой мести жены. Кей, очевидно, вообразила себя обманутой женой, а Рейчел отвела роль органистки.
У Рейчел мурашки побежали по коже, когда она мысленно прокрутила возможные варианты дальнейшего развития событий.