Планета отчаянья
28
«Что ж, я всегда говорил, что человек должен уметь все, сказал себе Берт, пропуская вперед Ньют с ребристыми упаковками консервов. Это занятие казалось ему забавным: он, всеми уважаемый бизнесмен, таскает коробки вместе с маленьким ребенком. — Надо будет рассказать об этом шефу — я думаю, он хорошо посмеется. Кажется, он придерживается на этот счет того же мнения, что и я. Да, грузчик из меня получился бы неплохой… А вот что делать с основной целью? Будь я проклят, если понимаю, как именно надо разговаривать с этой женщиной. Совершенно дикий и непредсказуемый тип. Ну ладно, в прошлый раз ей обещали восстановить звание лейтенанта-астронавта. Что может привлечь ее теперь? Послать на курсы, назначить капитаном корабля? Нет, этого мало. Деньги… Нет, на нее это не подействует — она из породы идеалистов-бессеребреников. Бесполезно. Но что тогда?»
Берт не верил, что человек может быть неподкупен. Если кто-то кажется таковым, значит, «покупавший» сплоховал, не нашел нужного хода. А раз так, то в первую очередь нужно получше все рассчитать.
Но как? В чужую душу не заглянешь.
Берт выгрузил ящики на стол и, вслед за девочкой, пошел в новый «рейд».
Кстати, вот взять, например, эту девочку. Рипли к ней, похоже, привязалась. Разве она не захочет обеспечить ей будущее? Малышка может получить образование в лучших учебных заведениях Земли, сделать карьеру… Вот только как оценить степень привязанности Рипли: что тянуло ее к ребенку — взыгравший материнский инстинкт или надуманный долг: мол, я — женщина, значит, обязана ее пригреть? Действительно, как знать…
«Ну хорошо, — думал дальше Берт, — а если попробовать обойтись без нее? Она не бессмертна, а здесь всякое может случиться. Лучше всего было бы, если бы я остался один. Точнее, вдвоем с роботом, но он не в счет… Вопрос: как это может произойти? Нет, это слишком сложно. Конечно, Компания меня вытянет в любом случае, но грязную работу шеф не любит. Нет, это крайний вариант, и тот еще надо продумать. Но, черт побери, эту Рипли обойти будет не так просто! Или вот что, я дам ей шанс. Поговорим по душам, я выложу ей все как есть. Если она согласится — прекрасно. Если нет… что ж, пусть пеняет на себя».
Последняя мысль вернула ему хорошее настроение.
Через пару минут Берт уже мурлыкал себе под нос старое танго: кто-то, кажется, Эйпон, — впрочем, Берт не был в этом уверен, напомнил не так давно о нем короткой цитатой: «Прощайте, мальчики!». Адьос, мучачос!
Впрочем, в голове у Берта вертелась несколько иная строчка:
«Ля феста, ке чи торна» — праздник, который еще вернется…
Что ж, жизнь покажет, чей это будет праздник.