Наш мир — тюрьма
И тут же она оборвала себя. Ведь решено уже — все равно…
Раскинув руки крестом, Рипли встала над бездной.
— Что ты делаешь? — Бишоп явно насторожился. Спиной Рипли чувствовала исходящие от него волны тревоги.
Морс посмотрел на нее, и она кивнула в ответ.
Палец нажал на кнопку. И вновь — как цветок, как звезда, как рана от разрывной пули — раздвинула лепестки диафрагма, открывая геенну огненную.
— Не-ет! — голос Бишопа сорвался на визг.
Ноги Рипли оторвались от опоры — и ее распятое тело приняла пустота.
Стороннему наблюдателю показалось бы, что она не падает, а летит, расставив руки — крылья. Лицо ее было бесстрастно, и сейчас от него веяло неземной, неживой красотой.
И черты ее лица не изменились, когда примерно на середине этого полета грудная клетка вдруг лопнула и Чужой — уже не зародыш, а детеныш, высунув наружу голову и часть тела, закричал жалобно и пронзительно. Бессильно скалилась его крошечная пасть, щупальца беспомощно рассекали воздух…
Постепенно уменьшаясь, он был виден еще долго — кляксой на белом теле. Крик его, проскрежетав меж стен печного жерла, немыслимо возвысился — и исчез…
Сам момент падения не различил никто. Слишком далеко было, слишком терзало глаза сияние все еще раскаленного олова. Тело будто растворилось в беззвучной вспышке.
Никто не видел Рипли мертвой…
45
Морс с трудом ковылял, припадая на раненую ногу. Он медленно плелся в окружении десантников. Руки его были скованы, и никто не удосужился перевязать его рану.
Ничего хорошего он для себя не ждал. Скорее всего, он нужен Компании как свидетель всего происшедшего. А когда они узнают от него все, что ему известно, он тут же станет НЕЖЕЛАТЕЛЬНЫМ свидетелем. Судьба же их известна…
Но, оглянувшись на своих конвоиров, он усмехнулся с видом победителя.
— Иди, иди! — нахмурившись, офицер толкнул Морса в плечо. Он, в свою очередь, чувствовал себя побежденным.
46
Еще до того, как корабль оторвался от поверхности негостеприимной планеты, кто-то в нем уже сидел над компьютером, набирая текст:
«Планета Фиорина-261… Последняя информация: тюрьма закрыта. Все работы прекращены… Оставшееся оборудование продается как металлолом…»
В это же время бортовая автоматика приняла и расшифровала еще один текст, полустертый помехами:
«Капитан Даллас погиб… Корабль уничтожен… (Помехи.) Всем, кто нас слышит… Говорит лейтенант Рипли, последний оставшийся в живых член экипажа звездолета „Нострома“… Говорит лейтенант Рипли…»