План №19
— Ну, ладно, Морис, надо идти.
Я сделал с десяток шагов и вдруг понял, что Мориса сзади нет. Я обернулся.
Морис стоял на месте. На голове у него была шляпа, но в руках он продолжал мять свой тюремный колпак.
— Какого черта, Морис? — крикнул я. — Пошли.
Он не пошевелился.
Я вернулся и хотел вырвать у него колпак, но он вцепился в него обеими руками. Широко раскрытыми, незрячими глазами он смотрел прямо перед собой.
— Морис! — заорал я. — В чем дело?
Губы его дрогнули.
— Сегодня на ужин будет сладкий картофель, Фред. Это мое любимое блюдо. А его так редко готовят...
Вдруг налетел ветер, дикий и яростный, и я повернулся ему навстречу. Я увидел перед собой плотную простыню холодного дождя. За ней скрывался мир, с которым я расстался двадцать два года назад.
— Каков он сейчас?
Я встряхнул Мориса за плечо.
— Ну, чего ты напугался? Львов там нет. Тигров тоже.
— Только люди. А что тебе могут сделать люди?
Он посмотрел на меня.
— Все могут сделать, — тихо сказал он. — Все.
* * *После ужина мы с Морисом вместе со всеми строем пошли в кино. Пробрались на свои обычные места.
— Как думаешь, найдут они тоннель? — спросил Морис.
— Кто его знает, — пожал плечами я. — Ведь они пока не выяснили, как сбежал Эрцгерцог.
— Но нам ничего не будет, как считаешь?
— Ничего. Все будет шито-крыто. Кое-каким влиянием я здесь еще пользуюсь.
— Не кое-каким, Фред, а очень даже большим, — поправил меня Морис. — Ты здесь очень важная фигура, Фред. Уверен, ты все сделаешь.
Я чуть улыбнулся. Он был прав — здесь я был очень важной фигурой. Там я был бы никем.
— Знаешь, почему я на самом деле решил поползти обратно? — спросил вдруг Морис. — Потому что это было не по-честному. Ну, воспользоваться чужим тоннелем. Если бы мы его сами вырыли — тогда другое дело.
— Конечно, — согласился я. — У меня было такое чувство.
— Я тут придумал новый план, — сообщил Морис. — Думаю назвать его «план № 19».
— Звучит захватывающе, — пошутил я, но без всякой злобы.
— В основе своей он прост, — воодушевился Морис. — Очень прост. Но немного поработать придется.
Свет в зале погас, и начался киножурнал.
Я поискал глазами знакомый силуэт и вытащил из кармана свою трубочку. Потом положил в рот горошину, поднес трубочку ко рту и дунул.
— Попал? — поинтересовался Морис.
— Точно в десятку, — довольным тоном произнес я.
Я развязал шнурки на ботинках и откинулся на спинку кресла. Было приятно сознавать, что я снова нахожусь в родной среде.