Имперский вояж
— Вот влипли, мать их за ногу. — Измученный Поертена даже не пытался устроиться поудобнее.
— Ой, да не так уж все плохо, — заметил Джулиан, закрепляя на груди ремень. — Могло быть гораздо хуже. — Неунывающий сержант был облеплен черной вонючей грязью с головы до пят, но по-прежнему бодрился, хотя усталость брала свое.
— Куда хуже? — вспылил Поертена, прилаживая собственный ремень.
Приятели вместе с остальными членами отряда готовились к ночевке. Подготовка, собственно, заключалась в том, что они привязывали себя спиной к деревьям. Поскольку отдых в горизонтальном положении был исключен, ничего не оставалось, кроме как спать стоя. Если же не привязаться, то очень легко угодить лицом в грязь, а потом, учитывая смертельную усталость, и вовсе не проснуться.
— Ну, например, — задумчиво произнес Джулиан, когда небеса по обыкновению разверзлись и ливанули типичным мардуканским дождем, — например, какая-нибудь тварь захочет нас сожрать.
Панер назначил сменных караульных, обязав их совершать непрерывный ночной обход лагеря и поочередно освещать фонарем каждого спящего. Капитан рассчитывал, что перемещающийся луч света будет отпугивать летающих вампиров. Конечно, в болоте могли оказаться и прочие гады, которых движущийся свет, наоборот, мог привлечь, но всего все равно не предугадаешь.
Так или иначе, предстоящая ночь не сулила ничего хорошего.
— Нет, Костас, — упорно твердил Роджер, отрицательно качая головой. — Это для вас.
— Да я и так в порядке, ваше высочество, — устало улыбаясь, промолвил слуга. Предельно аккуратный и опрятный в обычных условиях лакей был вымазан до неузнаваемости. — Ну что вы. Вы не должны спать в такой грязи, сэр, это неправильно.
— Костас, — промолвил Роджер, поправляя нагрудный ремень, чтобы иметь возможность быстро выхватить ружье, если возникнет необходимость. — Это приказ. Вы должны взять этот гамак, повесить его где-нибудь и проспать в нем всю ночь. Вы заслужили нормальный отдых. Ведь завтра я снова поеду верхом, а вы нет, так что ничего страшного, что одну ночь я просплю стоя. Не умру же я от этого.
Мацуга положил руку Роджеру на плечо и отвернулся — он не хотел, чтобы принц увидел слезы в его глазах.