Когда дьявол пляшет
Она посмотрела на толкотню внизу и пожала плечами.
— Когда… когда подгород только заселили, входить и выходить мог любой и в любое время. Сначала это было… хорошо. Корпус сделал подгороду много добра. И… завязывалось много знакомств. Большинство персонала корпуса мужчины, а большинство населения подгорода женское, так что происходили естественные вещи. Затем… настроения… несколько изменились.
— Многим девушкам в подгороде было… одиноко, — сказала Шари. — Они гуляли с солдатами, а некоторые солдаты практически переехали жить в подгород. Происходило много такого, что можно назвать «черным рынком»; можно было даже достать кофе. Но затем все стало выходить из-под контроля. Силы безопасности были недостаточно велики, или недостаточно эффективны, чтобы держать солдат в узде, и они постоянно спорили, кто главнее, с военной полицией корпуса, которая была достаточно многочисленна и вполне готова надавать кому-либо по голове.
— Закончили мы… — Уэнди пожала плечами, и ее передернуло. — Ну, один из принимавших участие в расследовании офицер назвал это «погромом в долгие выходные». Что-то вроде уличных беспорядков со множеством изнасилований. Мне удалось добраться до тира, и мы с Дэйвом типа как дали отпор паре банд, наткнувшихся на нас.
— У меня была… ну, группка… на самом деле мальчишек, не намного старше детей, за которыми я присматривала, — заметила Шари. — Несколько из них оказалось рядом, когда начались беспорядки. Со мной все было в порядке.
— С другими не было, — угрюмо сказала Уэнди. — Поэтому в подгороде корпус не любят. Как бы то ни было, подгород закрыл доступ для военных…
— Если только у них нет приказа, — указал Мюллер.
— Если только у них нет приказа войти туда, — согласилась Уэнди. — И теперь они остаются наверху, а мы остаемся внизу, и любая девушка, кто хочет выйти…
— Занимается ремеслом? — спросил Мосович. — Я понял. Но вам не стоит волноваться и насчет угрозы со стороны людей.
— О, я не волнуюсь, — произнесла Уэнди, поглаживая свою ржавую винтовку. — Она, может, не совсем в порядке, но если дойдет до дела, в качестве дубины она вполне сгодится.