Соседка

Джулия едва успевала переводить дух между ответами, и это было только к лучшему. Но совсем отделаться от мыслей все же не удавалось. Джулия спрашивала себя, станет ли ее ребенок так же терзать ее. Будет ли он таким же нетерпеливым непоседой, как Джим, или спокойным и добродушным, как малышка Конни? Унаследует ли ее каштановые волосы или черные волосы человека, который заявляет, что не хочет иметь детей? .
Джулия прогнала эту мысль. И тотчас же подумала о том, какого цвета будут глаза у малыша — темно-серые, как у нее, или ярко-голубые, как у человека, который с таким негодованием смотрел на нее сегодня утром?
Она приложила руку к животу, словно стараясь защитить своего ребенка от злого, обвиняющего взгляда Пола, — У тебя болит живот? — спросил Джим.
Джулия заставила себя опустить руку и улыбнуться.
— Нет, — ласково сказала она. — Я просто проголодалась. Думаю, мороженое нам сейчас совсем не повредит. Что скажешь?
Джим ухмыльнулся.
— Я тоже так думаю.