По следу единорога

— Зачем?
— Он же демон. Такова его природа.
— А как он испаряется в воздухе?
— Он мастер по части иллюзий и отвода глаз.
— Но не магии?
— Нет. Хотя, — добавил эльф, — он обладает дарованиями, каковые даже для опытного глаза неотличимы от магии.
— А каковы его слабости? — справился Мэллори.
— Не знаю, имеются ли у него таковые.
— Должны иметься, иначе он давно бы подмял под себя весь город.
— Пожалуй, что так, — с сомнением промолвил Мюргенштюрм.
Мэллори снова обернулся к девушке-кошке.
— Фелина, подумай хорошенько, не сказал ли Гранди еще чего-нибудь? Он не сказал Липучке Гиллеспи, куда отвести единорога? — Фелина потрясла головой. — А не сказал, когда они встречаются?
— Нет.
— Кстати, просто для сведения, как единорог выглядит?
— В точности как лошадь, только по-другому, — поведала Фелина.
— Как «по-другому»? Только из-за рога?
— Только из-за рога, — согласилась она. — И, наверно, из-за ног, и морды, и боков, и хвоста.
— Он выглядит, как лошадь, если не считать головы, туловища и рога? — саркастически переспросил Мэллори.
Она с улыбкой кивнула.
Мэллори пару секунд свирепо таращился на нее, потом пожал плечами:
— Ну ладно. Кто-нибудь из вас может рассказать хоть что-нибудь о Липучке Гиллеспи?
— Он лепрехун, — изрек Мюргенштюрм.
— Да знаю я, что он лепрехун! — вскинулся Мэллори. — Ты уже говорил!
— Это полностью его определяет, — заявил Мюргенштюрм. — А что еще вы хотите знать?
— Я почти не решаюсь спросить, но все-таки как лепрехуны выглядят?
— Они вроде бы как… ну, маленькие… и еще у них курьезные уши, хотя вообще-то незаостренные… и э… — начал Мюргенштюрм, мучительно подыскивая определение.
— И жутко любят твидовые вещи, — услужливо встряла Фелина.
— В общем, вы его сразу узнаете, как только увидите, — уверенно заключил Мюргенштюрм.
— А как насчет поведения? — настойчиво вопросил Мэллори, одолевая искушение схватить эльфа и как следует тряхнуть. — Чем лепрехуны занимаются?
— Грабят, воруют и пьянствуют, — ответил Мюргенштюрм. — По большей части налегают на ирландское виски.
— И врут, — подхватила Фелина.
— О да, — известил эльф. — Они нипочем не скажут правду, когда могут соврать. — Он бросил взгляд на Мэллори. — Вы кажетесь огорченным, Джон Джастин.
— Даже не знаю, с чего бы это? — проворчал Мэллори. — Ладно, попытаемся еще разок. Где я вероятнее всего смогу отыскать Липучку Гиллеспи?
— Не знаю, — промолвил Мюргенштюрм. — Извините, если мои ответы выглядят неадекватными, но суть дела заключается в том, что прежде никто ни разу не попытался найти Гранди или Липучку Гиллеспи. Обычно народ удирает в противоположном направлении.
— Это уж я понял. Правду говоря, по-моему, настало время пересмотреть контракт. У меня возникло ощущение, что за такую работу мне недоплачивают.
— Но вы же согласились взяться за дело!
— Когда я соглашался, в деле не фигурировал чертов демон!
— Ладно, — смиренно вздохнул эльф. — Двадцать тысяч.
— Двадцать пять, — отрезал Мэллори.
— По рукам.
Мэллори уставился на эльфа:
— Тридцать пять.
— Но вы же сказали «двадцать пять», и я согласился! — запротестовал эльф.
— Ты согласился чертовски быстро.
— Ну, на тридцать пять тысяч долларов я определенно не соглашусь — быстро ли, медленно или еще как-нибудь.
— Это твоя привилегия, — парировал Мэллори. — Ищи Лютика сам.
— Двадцать восемь с половиной, — поспешно предложил эльф.
— Тридцать три.
— Тридцать.
— Сойдемся на тридцати одной, и по рукам.
— Обещаете? — недоверчиво спросил Мюргенштюрм.
— Слово чести.
Эльф с минуту поразмыслил над предложением, затем кивнул.
— Ты и вправду собираешься найти единорога? — поинтересовалась Фелина.
— Совершенно верно, — подтвердил Мэллори.
— Даже зная, что за этим стоит Гранди?
— Даже так.
— Почему?
— Потому что Мюргенштюрм платит мне ужасную кучу денег. — Мэллори помолчал. — Кроме того, в последнее время я был не слишком везуч в роли мужа, игрока на скачках, и все такое прочее. По-моему, настала пора снова взяться за что-нибудь такое, что мне удается.
— Ты мне нравишься. — Фелина потерлась своим бедром о бедро Мэллори и замурлыкала. — Ты не такой, как другие.
— Спасибо, — сказал Мэллори. — Пожалуй.
— Ты совершенно не такой, как другие, — повторила она. — Ты чокнутый! Вообразить только, чтобы кто-то хотел сразиться с Гранди!
— Я не говорил, что хочу, — возразил Мэллори, — я сказал, что за подходящую плату готов. Она снова потерлась об него.
— А можно мне с вами?
— А я думал, Гранди тебя пугает.
— Пугает, — заверила она. — Я брошу тебя в конце, но до того все будет очень забавно.
Мэллори пару секунд разглядывал ее.
— А ты можешь взять след единорога?
— Наверно.
— Ладно, ты нанята. Что ж, пошли. Мы не найдем его, болтаясь здесь и болтая языками.
Фелина уставилась в землю, раздувая ноздри, потом двинулась к калитке, открыла ее и зашагала по извилистой, пустынной дороге.
— Я сожалею, что события приняли столь неожиданный и огорчительный оборот, Джон Джастин, — молвил Мюргенштюрм, вместе с детективом шагая вслед за Фелиной.
— Могло быть и хуже. По крайней мере теперь мы хоть знаем, кого ищем, а впереди у нас почти целая ночь.
— И вправду, — заметил эльф. — Но пока вы активно ищете Гранди, он так же активно обороняется. — Он помедлил. — И все-таки вы рискуете своей жизнью ради меня, и я вам искренне благодарен.
— Ты сгущаешь краски. Гранди ведь даже не знает, что я здесь.
Внезапно громыхнул гром, ночное небо на миг озарила вспышка молнии.
«Не рассчитывай на это, Джон Джастин Мэллори!» — возразил утробный голос из ближайшего двора.
Мэллори припустил в ту сторону, но не обнаружил ничего, кроме жутковатой пляски теней на каменных химерах, таращившихся на него с балкона, нависшего над пустынной улицей.