Пифия

Тридцать Два не отвечал, и Индеец принялся в уме отсчитывать секунды.
— Четыре минуты, — объявил он. Ответа по-прежнему не было.
— Три минуты.
— Сколько ты хочешь? — напряженно спросил Тридцать Два.
— Я — благоразумный человек, — ответил Индеец. — Ты утверждаешь, что Пифия — самая большая угроза свободе и безопасности Республики. Думаю, десять миллионов кредиток — цена вполне реальная.
— Десять миллионов кредиток! Да ты просто с ума сошел!
— Да брось, — весело ответил Индеец. — Вы тратите миллиарды кредиток на войны против рас, которые совсем не являются такой уж угрозой. Думаю, тебе надо согласиться, пока я не передумал. Заполучить Пифию за десять миллионов — все равно, что получить большой подарок.
Наступила долгая пауза.
— Плата по окончании работы. Индеец расхохотался:
— Знаешь, я давно потерял всякое доверие к Республике. Мне нужна половина суммы сейчас, остальное — по завершении задания.
— Назови мне банк и номер счета, завтра утром я переведу пять миллионов кредиток.
— Я не такой кретин, даже если иногда жую семена, — сказал Индеец. — Деньги пойдут по цепочке, и ты потеряешь их след еще на полпути. Я не собираюсь приступать к выполнению задания до тех пор, пока деньги не окажутся у меня в руках. — И он назвал Тридцать Два первого посредника.
— Какую гарантию я имею, что ты начнешь действовать, получив деньги!
— Никакой, — отрезал Индеец. — Придется тебе положиться на мое слово. — Он помолчал. — Так мы договорились?
Наступила короткая пауза:
— Мне надо подумать.
— Думай быстрее. У тебя осталось меньше минуты.
— А ты вернешь на место передатчик, чтобы я мог давать тебе указания?
— И не подумаю. Я буду работать один. Снова тишина.
— Ну ладно, договорились.
Конечно, подумал Индеец, вытаскивая передатчик из уха, кидая его в атомный аннигилятор и начиная одеваться, конечно, договорились. Да вот только по рукам мы не ударили.
ГЛАВА 14
Индеец лежал на постели, откинувшись на подушки, глядя на трехмерные изображения на бежевых стенах и жалея, что посольство не воспользовалось услугами более изобретательного декоратора. Когда наконец боль в ухе и в основании черепа начала стихать, он решил, что наступило время работать.
— Компьютер, активизируйся, — приказал он. Компьютер на столе мягко зажужжал, оживая. — Компьютер, ты знаешь, кто я?
— Вы — лейтенант Джеймс Два Пера.
— А ты знаешь, какое задание я выполняю на Аде?
— Нет, не знаю.
— Кто-нибудь постоянно просматривает мою комнату с помощью камеры?
— Нет.
— Кто-нибудь на данный момент прослушивает наг с тобой разговор?
— Нет.
— Обладаю ли я властью, гарантирующей от слежки!
— Не понимаю вас, лейтенант Два Пера, — страстно ответил компьютер. — Вам надлежит сформулировать вопрос более точно.
— Я могу как-нибудь предотвратить прослушиваю моей комнаты? — переформулировал вопрос Индеец.
— Нет.
— Ты можешь сообщить мне, если кто-то попытается прослушивать или просматривать комнату?
— Да.
— Тогда я приказываю тебе это сделать.
— Приказ принят к исполнению.
— Отлично. — Индеец помолчал, обдумывая следующее требование. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь знал, какую информацию я запрашиваю у тебя. Есть ли возможность сделать так, чтобы наши разговоры оставались конфиденциальными и никто не мог узнать об их содержании?
— Да.
— Как мне это сделать?
— Вы должны дать мне команду хранить данную информацию под грифом «совершенно секретно».
— Храни всю информацию, касающуюся моих дел, под грифом «совершенно секретно», — сказал Индеец.
— Команда принята к исполнению.
— Хорошо, — одобрил Индеец. — А теперь давай работать. — Он помолчал, дожидаясь, когда наконец пройдет новый приступ боли в ухе, а затем продолжал: — У меня две миссии на Аде. Одна — уничтожить женщину земного происхождения, известную под именем Пифия. Вторая — не допустить, чтобы еще один агент, находящийся в данный момент в системе Альфы Крепелло, добрался до Пифии раньше меня и вывезшее с планеты. Если я войду с ним в контакт, возможно, мне придется его убить. Твоя программа позволяет помочь мне в этом?
— Да, — ответил компьютер. — Оказание вам помощи в выполнении данного задания не вызывает противоречий с заложенной в меня программой.
— Отлично. В твоем банке данных есть какая-нибудь информация о наемном убийце, по кличке Свистун?
— Нет.
— Он обитатель Внутренней Границы. Ты можешь связаться с каким-нибудь компьютером, который обладает необходимой мне информацией?
— Возможно.
Наступила пауза, Индеец ждал ответа.
— Ну? — наконец не выдержал он. — В чем дело?
— Вы не дали команды, лейтенант Два Пера.
— Свяжись с компьютером, который бы мог дать тебе информацию о Свистуне, если это удастся, передай информацию мне.
— Приказ принят к исполнению. — Молчание длилось минуты три, и все это время Индеец совершенно неподвижно лежал на подушках, надеясь, что боль в ухе наконец отступит. Она и правда стала понемногу утихать, когда компьютер снова заговорил: — Человек, чья профессиональная кличка Свистун, в действительности Джошуа Джереми Чендлер. Возраст — 38 лет. Рост — 6 футов 2 дюйма, вес — 178 фунтов, волосы — рыжевато-каштановые, глаза голубые. Особых примет в виде родинок и шрамов не имеет. Родная планета Бойсон III, известная под названием Мир Француза. Джошуа Джереми Чендлер является профессиональным убийцей. На его счету двадцать семь убийств и одиннадцать пойманных беглецов. Предполагается, что на его счету много незарегистрированных убийств, однако данные подтверждения не имеют.
— Впечатляет, — пробормотал Индеец. — Можешь показать мне фотографию или голоизображение этого парня?
— Да.
Индеец подождал несколько секунд, затем скорчил гримасу.
— Дай изображение.
В ту же секунду на экране появилось голографическое изображение Чендлера, взятое из паспорта.
— Мне отсюда не разглядеть, слишком далеко, — сказал Индеец недовольно. — Увеличь.
Голограмма Чендлера четыре на четыре фута возникла над столом, зависнув в воздухе. Индеец с интересом принялся изучать бледно-голубые глаза, высокие скулы и совершенно серьезное выражение лица, безуспешно пытаясь сделать определенные выводы из внешности и представить живого человека по изображению.