Космический Апокалипсис
Хоури взяла пистолет Паскаль, поглядела вдоль ствола, проверила балансировку, пробежала пальцами по кнопкам, регулирующим мощность луча, доступ к которым открывался нажатием клавиши на рукоятке.
— Он вам очень идет, мадам, — сказал каталог.
— Это не для меня, — ответила Хоури, пряча пистолет в карман.
Шесть боевых машин, отобранных Вольевой, включили ракетные двигатели и разлетелись в разных направлениях от корабля, следуя сложными курсами к боевым позициям, с которых предстояло нанести удары с различными углами наклона по точке будущего приземления «Плацдарма». «Плацдарм» же в это время все еще продолжал сокращать расстояние, отделяющее его от Цербера, одновременно непрерывно сбрасывая скорость. Вольева была почти уверена, что планета уже сообразила: к ней приближается объект искусственного происхождения и весьма внушительных размеров. Возможно, Цербер даже распознал в этом объекте нечто, бывшее в прошлом «Лорином». Безусловно, где-то в глубине коры, созданной механизмами, уже идут дебаты. Некоторые компоненты наверняка доказывают, что объект следует немедленно атаковать и что лучше ударить по приближающейся махине до того, как она станет реальной проблемой. Другие же компоненты оборонительной системы призывают к осторожности, указывая, что объект еще весьма далек от Цербера и что атака против него по необходимости должна быть мощной, дабы обеспечить полную аннигиляцию до того, как объект сможет сам нанести ответный удар, и что такая преждевременная демонстрация силы может привлечь нежелательное внимание со стороны. Более того, могут утверждать пацифистски настроенные системы, приближающийся объект пока не проявил никакой враждебности. А может, он и не подозревает, что Цербер — искусственная планета. Вполне возможно, он только обнюхает ее и улетит прочь.
Вольевой не хотелось победы пацифистов. Она желала победы стратегам массированного превентивного удара и хотела, чтобы это случилось немедленно. Она всем сердцем жаждала увидеть, как Цербер наносит удар и этот удар означает конец «Плацдарма». Тогда со всеми проблемами будет покончено и — примерно так, как уже произошло с беспилотными устройствами, — все вернется на круги своя. Вполне возможно, что склонность Цербера наносить контрудары не есть та угрожающая миру опасность, которую так хотела предотвратить Мадемуазель. Ведь пока никто еще не проникал внутрь планеты. Так что у них — у Силвеста — есть возможность признать свое поражение и отправиться по домам.
Впрочем, вероятно, ничего подобного не произойдет.
— Эти машины из Тайника, — прервал молчание Саджаки. — Ты собираешься командовать их стрельбой отсюда, Илиа?
— А почему бы и нет?
— Я предпочел бы, чтобы ими занималась Хоури из Оружейной. В конце концов это ее прямая обязанность. — Он повернулся к Хегази и шепнул достаточно громко, чтобы услышали все: — Я начинаю подумывать, зачем мы вообще рекрутировали эту женщину… и почему я разрешил Вольевой остановить процесс промывки ее мозгов?
— Я всегда считал, что у нее есть свой узкий участок работы, — ответил химериец.
— Хоури находится в Оружейной, — солгала Вольева. — На всякий случай, разумеется. Но я не стану вызывать ее, если в том не будет необходимости. Так будет надежнее, не так ли? Ведь это мои орудия, и ты не имеешь права отстранять меня от командования ими, раз вся операция находится под моим руководством.
Информация на ее браслете — частично поступавшая и на дисплей рубки — сообщила ей, что через тридцать минут машины из Тайника появятся в своих расчетных точках на расстоянии примерно четверти миллиона километров от корабля. Когда они прибудут туда, у нее уже не останется оправданий для дальнейшего оттягивания начала атаки.
— Ладно, — ответил Саджаки. — Мне просто померещилось, что ты как-то потеряла интерес к нашей операции. Но сейчас я снова слышу старую нашу верную Вольеву.
— Что внушает надежды, — буркнул Силвест.