Предательство

– Пусть его душа попадет прямо в Бездну! – закричали в толпе, когда Дамона возвели на эшафот и набросили на шею петлю.
– Сжечь их! – раздались другие вопли. – Виселица слишком мягкое наказание для таких, как они!
– Мэлдред, людоед, – продолжал рыцарь, перекрикивая насмешки и издевательства толпы, – ты также виновен в тех преступлениях, которые я перечислил, и будешь повешен.
Неожиданно один из рыцарей побежал к виселице, пробиваясь сквозь толпу и крича:
– Подождите! Остановитесь!
Палач не обратил на него никакого внимания и, по знаку командующего, потянул за рычаг. Помост виселицы обвалился.
В то же мгновение случилось следующее.
Мэлдред снял заклинание, создающее человеческий облик. Великанское тело оказалось слишком тяжелым. Веревка растянулась и лопнула.
Для Грозного Волка мгновения превратились в часы. Он почувствовал, что задыхается, и непроизвольно дернулся, но, в конце концов, решив принять уготованную судьбу, оборвать жалкое существование и муки с драконьей отметиной, успокоился.
Но тут рыцарь прорвался сквозь скопище любопытных и метнул нож, перерубая веревку.
– Прекратите! – кричал он хрипло.
Командующему Лолору, наслаждавшемуся процедурой казни, совсем не понравилось подобное вмешательство. Он выхватил меч, последними словами ругая рыцаря, освободившего Дамона и помогавшего преступнику встать на ноги.
– Прекратить немедленно! Неподчинение! – взревел раскрасневшийся Арун и повернулся к группе стражников, стоявших позади. – Взять! Всех троих!
Охрана бросилась выполнять приказ, но замерла, услышав истошные вопли. Тюрьма была объята пламенем, сквозь крышу валил черный дым. Народ кинулся к выходу, стремясь покинуть дворик, окружаемый огнем.
Лолор направил часть отряда к тюрьме тушить пожар, а остальным приказал схватить Мэлдреда, Дамона и незнакомого рыцаря, которые в образовавшейся суматохе убегали прочь. Пламя перекинулось на дерево, служившее виселицей, заставив рыцарей отступить. Пожар разрастался, подгоняемый ветром, весело заполыхали конюшни и казармы.
– Догнать их! – надрывался командующий, пытаясь организовать погоню.
Мэлдред на бегу продолжал творить заклинание. Он задействовал все оставшиеся магические силы для поджога Пшеничников, так же как несколько месяцев назад, когда спалил город в Кхуре. Людоед безудержно радовался происходящему:
– Каково, друг мой! Прямо как в старые добрые времена!
Дамон не отвечал, с удивлением рассматривая, как бегущий рядом рыцарь принимает форму сивака Рагха.
– Прямо как в старые времена! – повторил Мэлдред.
Прошло около часа, прежде чем они остановились и перевели дыхание, спрятавшись в земляной пещере, которую маг сотворил в невысоком пригорке. Сквозь крохотный лаз было видно, как с десяток рыцарей прочесывают местность.
Закат начал окрашивать небо в розовый цвет, когда Мэлдред достаточно восстановил силы.
– Все как раньше, – в который раз повторил людоед и зашептал, вращая пальцами в воздухе, чтобы вернуть себе человеческий облик.
– Да, – протянул Дамон. – Истории старые, да не такие уж добрые. Опять спасаемся от Рыцарей Легиона Стали.
– Скрываемся и грабим.
Сивак кинул Грозному Волку кошелек с монетами, который забрал у убитого рыцаря, и воткнул меч в землю.
– И живете… интересно, – закончил он.
Дамон отряхнул грязь с разорванной одежды и почувствовал, что чешуйки дают о себе знать.
– Безнадежно все. Нет у нас больше волшебной карты, а с ней и возможности найти целительницу.
Мэлдред потянулся и начал наклоняться то в одну, то в другую сторону, разминая спину.
– Надежда всегда есть. Я клянусь, что помогу отыскать чародейку. Ты мне ближе родного брата, и я тебя не брошу в беде. Нам больше не нужна карта. Думаю, я знаю, куда нужно идти. Оставаться дольше в этих краях опасно. Я полагаю, скоро они все увешают здесь нашими портретами, а может, пошлют целую армию на поиски.
Грозный Волк грустно улыбнулся, представив себе такую картину.
– Ну и куда направимся?
Силач указал на северо-запад и быстрыми шагами пошел в том направлении, оглянувшись лишь однажды, чтобы удостовериться, что Дамон идет следом.
– Очень интересно, – бубнил позади Рагх.