Падение

– Честь всего лишь ничего не значащее слово, Риг.
Мореход, утомленный этим безрезультатным разговором, медленно протянул, делая акцент на каждом слове:
– Ты. Должен. Дать. Мне. Объяснения.
Дамон запрокинул голову и уставился в ночное небо. Было облачно, но все же некоторые звездочки умудрялись просвечивать сквозь серую пелену. Грозному Волку показалось, что он видит вспышку молнии, и это напомнило ему о Гейле, синем драконе, наездником которого Дамон был, когда состоял в рядах Рыцарей Такхизис.
– Я никому ничего не должен. Ваших лошадей давно нет. И ты за это с меня ничего не получишь. – Грозный Волк почувствовал, что опьянение проходит, голова начинает болеть, и пожалел, что не может сию минуту приложиться к кувшину, чтобы вновь впасть в состояние блаженной оцепенелости. Он оглянулся, посмотрел на кувшин, стоящий у ног Мэлдреда, и понял, что вожделенный сосуд сейчас не ближе, чем Долина Хаоса.
Риг хлопнул ладонью по бедру, привлекая внимание Дамона:
– Мне жаль, что мы нашли ваш лагерь. Наверное, и Фиона так думает.
– Это мне жаль, что вы здесь.
– У! Проклятая судьба!
– Что ты сказал? Риг, неужели ты возлагаешь ответственность на судьбу за то, что оказался в тех же самых горах, что и я? Ты что, серьезно считаешь это совпадением? – В небе снова вспыхнуло – на этот раз Дамону не показалось, от мысли, что на эту иссушенную землю скоро может пролиться дождь, глаза его весело засияли. Грозный Волк посмотрел на Рига и покачал головой: – Я не верю в сказки. И уверен, что вы искали нас.
Риг фыркнул и сморщил нос:
– Ты думаешь, что твое мнение хоть кому-то интересно. – Он на мгновение закрыл глаза, затем снова открыл их. – Да. На первый приличный след мы напали в Халькистовых горах. Нам встретилось несколько торговцев, и мы предложили им защиту в обмен на то, что они предоставят нам место в своих фургонах. Торговцы легко приняли наше предложение – люди, которые вынуждены путешествовать по Халькистовым горам, знают, что за каждым поворотом можно наткнуться на грабителей и лучше заранее нанять пару хороших мечей. Потом выяснилось, что недавно было нападение на обоз и что в шайке четверо – очень высокий человек, разбойник с гривой черных волос, накрашенная женщина и… некое существо.
– Точно. Это про нас, – заметил Дамон, гордо расправляя плечи.
– Торговцы довезли нас до следующего города, и там мы купили новых лошадей, – продолжал Риг, махнув рукой куда-то в темноту. Дамон краем глаза, чтобы не выпускать морехода из виду, проследил его жест и увидел двух крупных лошадей. Даже в темноте было видно, что они значительно уступают тем, на которых Риг и Фиона приехали в Железный Шип. – Затем мы продолжили путь. Когда мы увидели ваш костер, то решили, что это торговцы, остановившиеся на ночевку, которым мы можем предложить свои мечи и заодно переночевать в их лагере. То, что наши дороги пересеклись, лишь совпадение.
– Какая жалость, что мы не торговцы.
Риг воззрился на Дамона и несколько минут не спускал глаз с его лица; брови морехода поднимались и опускались, отображая судорожную работу мысли. Наконец он перестал гримасничать и перевел взгляд на Фиону.
Соламнийка сидела на бревне возле Мэлдреда, иногда бросая настороженные взгляды в сторону Рига, и переплетала пальцы, явно нервничая. Полуэльфийка некоторые время постояла рядом с ней, то оглядывая Фиону с ног до головы, то лукаво посматривая на Дамона, потом решила прогуляться, чтобы посмотреть, все ли в порядке с фургоном, и сделала это, демонстративно поводя плечами и покачивая бедрами. Кобольд сидел у ног силача, не сводя взгляда пылающих красных глазок с морехода.
– Риг, мы не будем против, если вы останетесь в нашем лагере на ночь, – наконец прервал затянувшееся молчание Дамон. Во рту у него пересохло, и Грозный Волк опять оглянулся на вожделенный кувшин. – Это – владения людоедов, и с нами вы будете в большей безопасности. Здесь не слишком спокойно, особенно по ночам. А утром наши пути разойдутся. Вы должны вернуться обратно в Кхур – и побыстрее.
Риг снова пристально посмотрел на Дамона.
– Ты должен дать мне объяснения, – настойчиво повторил он. – Почему ты стал таким? Что с тобой произошло?
Дамон вздохнул:
– И тогда ты позволишь мне, наконец, поспать?
Мореход промолчал, не сводя с Грозного Волка пристального взгляда.
– Ладно, – сдался тот. – Только ради старой дружбы. – Он устроился поудобнее, но тут же поморщился, услышав приближающийся топоток маленьких ног.
– Дамон собирается рассказывать историю, – раздался ликующий голос Несуна. Благодаря своему прекрасному слуху кобольд не пропустил ни слова из их разговора и тут же прибежал, когда решил, что происходит что-то интересное. Он выбрал место около Дамона, но так, чтобы Риг не достал его своей алебардой, и помахал чешуйчатыми пальцами, подзывая Рикали. Вытащив уже набитую «стариковскую трубку», Несун быстренько пропел заклинание огня, разжег ее и выпустил дым в лицо мореходу.
Полуэльфийка скользнула ближе, опустилась на колени за спиной Дамона, слегка обняла его за плечи и, мягко потершись носом о его шею, хитро подмигнула Ригу.
Мореход взглянул на Фиону. Та кивнула, словно говоря: «Я останусь здесь и буду следить за Мэлдредом», и вновь переключила внимание на силача, явно собираясь узнать что-нибудь еще об этой воровской шайке.
– У тебя есть ко мне вопросы, леди-рыцарь? – спросил Мэлдред. Он посмотрел на девушку почти с нежностью, его здоровая рука расслабленно покоилась на колене. – Я вижу это по твоему лицу. Ты знаешь, что у тебя красивое лицо? Самое красивое из всех, что когда-либо видели мои глаза. А они повидали многое, поверь. Но вот здесь у тебя беспокойная морщинка. – Мэлдред протянул здоровую руку и мягко коснулся лба Фионы в том месте, где между бровей наметилась задумчивая складочка. – Это все вопросы. Тебе сейчас тяжело думать. Не надо. Лучше расслабься и наслаждайся этой прекрасной ночью, тем более что наконец-то стало немного прохладнее.
Но Фиона продолжала сидеть прямо, словно аршин проглотила, всем своим видом показывая, что расслабляться не время. Она снова нервно сплела пальцы и закусила нижнюю губу.