Бессмертные карлики

— Осмотримся немного кругом, прежде чем она проснется, — сказал он быстро и вытащил длинный лесной нож, висящий у его пояса. — Оставайся здесь, Паквай, пока я исследую ближайшие кусты. Быть может, там уже лежит труп.
Паквай хотел что-то возразить. Но он привык повиноваться во всем Фиэльду, который с ярким лучом света впереди уже пробирался через таинственные кусты. Паквай зарядил револьвер, закурил свою трубку, и снова устроился на старом месте, спиною к пальме. Он продолжал наблюдать и слушать любимую им тишину.
Но в лесу уже не было тихо. Он слышал, как работал лесной нож Фиэльда и как толстые сучья трещали и валились на землю, словно жертва острого орудия.
Длинный светлый луч пронизал внезапно кустарники. То не был фонарь Фиэльда, который давно скрылся в лесу, — то было солнце, осветившее скалы. Утро наступило.
Паквай вздохнул с облегчением.
Через короткое время возвратился Фиэльд. Было так светло, что Паквай мог различить его лицо, выражавшее несвойственное ему замешательство. В руке у него было несколько больших зеленых листьев.
Он протянул Пакваю эти листья, на которых виднелись пятна какого-то густого темно-красного вещества, больше всего похожего на лак.
— Если это кровь, — сказал Фиэльд, — то она застывает весьма своеобразно. Она теперь тверда, как камень. Можно подумать, что это рубины.
— И куда вели следы? — спросил Паквай.
— Они исчезли у целого ряда пластов лавы. Нам предстоит сегодня много дела. Пора разбудить Инесу.
Паквай поднялся с места и нагнулся над спящей девушкой. Он положил свою руку на спальный мешок. Мешок как-то странно сникнул. Индеец племени тоба испустил пронзительный крик.
Фиэльд кинулся к нему.
Ему не надо было спрашивать о причине страшного возгласа Паквая.
Первые лучи солнца упали прямо на спальный мешок, который лежал на земле вялый и плоский, подобно лопнувшему воздушному шару.
Инеса Сен-Клэр исчезла.