Вавилонская башня

«Ну да. Конечно. Кто ж сомневался…» – читалось на ехидной физиономии Гринберга. Рита перехватила взгляд Евгения Додиковича и залилась малиновой краской. Негр подмигнул ему, ничуть не смутившись.
Из комнаты наплывал запах свежих оладий. Чейз радушно обнюхивал пришедших в гости друзей, белая сука, тоже выглянувшая в коридор, держалась чуть поодаль.
«А я выяснила, как её звать», – собралась было похвастаться Рита, но тут Виринея присела на корточки и поманила собаку:
– Атахш! Атахш, девочка, иди сюда, что расскажу.
До чего, оказывается, обидно, когда другим ненавязчиво и легко достаётся то, что тебе пришлось добывать немалым трудом. Впрочем, на таких, как Виринея, не обижаются…
Уже за столом, когда Риту и Джозефа подробно ввели в курс дела, бабушка Ангелина Матвеевна вдруг спросила:
– А другой-то перстенёк где? – На неё посмотрели с недоумением. Спустя секунду Шихман перестал жевать, а за ним и Лев Поликарпович. Виринея опустила ложечку со сметаной. – Ну колечко то, которое со статуи сдёрнули, – терпеливо пояснила Ангелина Матвеевна. – Оно теперь у кого?