Основатель

Лейла красноречиво пожала плечами.
— Из всех членов семьи я — последняя, кому Ибрагим стал бы доверять свои планы, но что касается его намерений, их трудно было бы не понять. Новым Миром будут править Халифи.
— Всей планетой?
— Абсолютно. На планету будут допущены только самые податливые, самые соблазнительные, самые послушные.
— Ты уверена?
— Это известно всем, даже там, где я живу, — в гареме.
— Я слыхала, что в гареме все часто становится известно раньше, чем в других местах, — заметила Мелисса.
Лейла повернулась к ней с горькой улыбкой:
— Это, моя милая, в классическом гареме. Но братья Халифи живут уже очень долго и слишком стары для секса. Как бы там ни было, в гареме ходят лишь не очень важные секреты. Так что если я что-то знаю, то лишь то, что знают все на Пурпурном уровне.
— А что будет с остальными, со всеми нами? — спросила Мелисса.
— Я думаю, что корабль превратят в тюрьму на орбите. Нежелательных людей можно держать здесь вечно.
— Они настолько уверены в своих силах?
— А ты бы не была уверена? У них пятьдесят специально выведенных охранников. Эти люди хорошо вооружены и отлично владеют оружием.
Держа под контролем обитаемую зону, братья держат вас в кулаке.
— Потому что они в любой момент могут отключить воздух?
— Именно так, — сказала Лейла, оглядев Мелиссу оценивающим взглядом.
Мелисса придержала язык. Может быть, выход и был, и они с Аделаидой его обсуждали, но сейчас о нем говорить не следовало. Во всяком случае, в присутствии Халифи.
— Нет, — продолжала Лейла, — это безнадежно. Ваше восстание будет подавлено, зато у Ибрагима появится повод.
— Тогда еще важнее попытаться поговорить с Ибрагимом и предотвратить восстание.
— Я понимаю. Мы должны попробовать — слишком много жизней поставлено на карту.
Как только Лейла вышла за дверь, Мелисса повернулась к Аделаиде.
— Настало время подумать о нашей последней возможности, — тихо сказала она.
Аделаида задумалась. Действительно ли другого выхода нет?
Мелисса стала терять терпение, что вообще было в ее характере.
— Послушай, Аделаида, нельзя дальше откладывать. Кресла в любой момент взбунтуются. Они обречены на поражение, а тогда будет поздно.
— Да, но это риск.
— Мы не имеем права бояться риска. Я пойду. Хидео пойдет со мной.
— Ты слишком в этом уверена.
— Хидео пойдет. Если нужно будет, я его заставлю.