Дикий цветок

— Это… неприлично, — пробормотала Шелби, закинув голову, так что волосы ее, струящейся волной стекая по спине, спустились ей ниже талии.
— Мы обручены.
Его горячие губы сжимали ее сосок. Он нежно ласкал его, потом втянул в рот другой.
— Так что все это вполне пристойно. Она засмеялась:
— А ты не хочешь снять с себя все остальное? По-моему, преимущество на твоей стороне.
Она вся затрепетала, когда он тронул ее влажный, набухший бутон. Мгновение Джефу казалось, что он не выдержит и прольется тотчас же, как какой-нибудь желторотый юнец со своей первой возлюбленной. Только сейчас он понял, как долго подавлял свое желание. С шестнадцати лет не бывало еще, чтобы он так долго оставался без женщины.
— Скорее, на твоей, моя радость, — пробормотал он хрипло, охватывая ее ягодицы обеими руками и, оторвавшись от сосков, покрывая поцелуями каждый дюйм ее округлых грудей.
— Так что не трогай меня там…
— Вот еще!
Улыбаясь своей сияющей улыбкой, Шелби взяла его за руки и потянула, чтобы он встал. Пальцы ее стали расстегивать пряжку у него на ремне, потом принялись за брюки.
— У нас ведь целая ночь впереди, не забывай!
Джеф стиснул зубы, и ему кое-как удалось с собой справиться. Они целовались, упиваясь, ощущением друг друга, и он отдался на волю Шелби, позволив ей страстно, нетерпеливо ласкать его грудь, руки, плечи, бедра, ведь и сам он пылал тем же желанием.
— Ты похудел, — встревоженно сказала она, целуя, касаясь, вкушая, узнавая заново его драгоценное, любимое тело. — Дай мне насытиться.
Он расстелил ее пелерину на ковре перед камином, перевернув атласной подкладкой кверху, и они опустились на нее. При свете взлетающих языков пламени Джеф, накрыл ее тело своим в извечной позе любви. Ими обоими владело одно и то же бешеное, сумасшедшее желание, — потом у них будет еще время для более изысканных наслаждений. Шелби, задыхаясь, раскинула ноги и застонала, когда он вошел в нее — обжигающий твердый клинок, — и они раскачивались, взлетая и опускаясь, в такт неистовым толчкам.
— О… любовь моя…
Капли пота выступили на лбу у Джефа; огонь полыхал все жарче. Когда он выплеснулся фонтаном, зажав зубами ее ямку у шеи, Шелби обхватила его широкие плечи руками, мечтая только о том, чтобы это длилось вечно.
Минуты шли, и она прошептала:
— Я чувствую себя так, будто вернулась домой…
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ 
В минуты радости как многие тебя 
Любовью истинной иль ложной окружали, 
Один лишь беспокойный дух в тебе любя, 
Любил я лик изменчивый в часы печали. 
У. Б. Йетс