Прекрасная колдунья

– Итак, сударыня, что это вы так старательно пытаетесь скрыть от меня? Я вижу по вашим глазам, что тайна вот-вот выскочит наружу. Неужели доктор предсказал Диане близнецов? Или я должен заставить Куигли жениться на нашей Ханне? А может, это Августин? Господи, я знаю, он гоняется за малышкой Морисой, но она совсем еще ребенок…
Эйлин не смогла удержаться от смеха, и это сделало ее совсем беспомощной перед натиском мужа. Он бросил жену на постель и принялся увлеченно освобождать ее грудь от кружев. Она была не в состоянии отвечать на вопросы и действия Дрейка, лишившего ее почти всей одежды, и едва успевала дышать. Тем временем он уже справился с ее корсажем, развязал тесемки сорочки и наслаждался зрелищем ее обнаженной груди. Нежные соски напряглись в страстном ожидании прикосновения, но довольный собой маркиз потянулся к губам Эйлин.
– Я не отпущу тебя, пока не услышу всей правды, – прошептал он, ловя ее горячее дыхание и все глубже погружаясь в этот сладкий омут. Запах волос жены ласкал его ноздри, а руки Дрейка искали не только грудь, но и другие укромные места.
– Скоро будет готов ужин, – слабо запротестовала Эйлин, уворачиваясь от его пьянящих поцелуев, чтобы иметь возможность говорить. – Повар приготовил что-то особенное по случаю твоего возвращения…
Она знала, что сопротивляться бесполезно. Ее тело пылало, огнем желания в ответ на ласки мужа. Эйлин почувствовала, как его умелые руки сняли с нее юбку, и у нее уже не было сил противиться им.
– Тогда тем более тебе лучше побыстрее все мне рассказать, разве не так?
На самом деле в пылу любовных утех маркиз едва ли мог вспомнить сам вопрос. Он желал обладать своей женой больше, чем услышать ответ из ее уст, и его настойчивые поцелуи были лишь началом.
По мере того как росли горы их одежды на полу, Эйлин чувствовала себя все более счастливой. Она с нежностью обвила руками крепкое, мускулистое тело Дрейка, теперь не сомневаясь в том, что занимает главное место в сердце своего мужа и обрела наконец-то свой дом.
Ее тело прогнулось дугой навстречу его страстному натиску. Все ее мысли растворились в одном горячем желании. Недельное воздержание так обострило их яростное нетерпение, что пик наслаждения наступил уже через несколько минут.
Теперь они тихо лежали в объятиях друг друга на развалинах постели. Обнаженные, влажные от пота, супруги замерли, чтобы восстановить дыхание и продлить ощущение близости.
Все еще ошеломленный тем, что удается делать с ним этой маленькой соблазнительнице, Дрейк начал медленное исследование сладостных изгибов ее тела. Благодаря близнецам грудь Эйлин стала полнее, чем была, когда они впервые познали друг друга. А вот ее талия стала прежнего размера. Он и теперь легко может обхватить ее двумя руками. Когда ладонь Дрейка скользнула вниз, к уютной выпуклости бедра Эйлин и нежной округлости ее живота, он вдруг вспомнил вопрос, на который она так и не ответила, и его сердце забилось от волнения.
Он заглянул ей в глаза, и она улыбнулась ему, все еще находясь во власти нежной истомы. Ее глаза были затуманены только что пережитым наслаждением.
– Так сколько же колыбелей в детской нам может понадобиться? – настойчиво спросил он.
Эйлин озорно улыбнулась:
– Это проверка? Боюсь, я не слишком сильна в математике.
– Тогда попробуем по-другому. Сколько еще колыбелек придется поставить в детской?
Эйлин задумчиво нахмурила брови:
– Ну что ж, я думаю, Георгу будет уже годик, когда Диана родит, и, наверное, его можно будет класть в кроватку. – Она вытянула руку за спиной у Дрейка и принялась загибать пальцы. – А к февралю близнецам будет уже больше года, так что, похоже, вместо того чтобы добавлять колыбель, нам придется вынести одну. Конечно, в том случае, если… но мы ведь договорились производить их на свет по одному…
Дрожащей рукой Дрейк провел вдоль тела жены от груди к легкой округлости живота. Встретившись с ней взглядом, он озабоченно нахмурил брови:
– Господи, принцесса, неужели ты хочешь сказать…
Эйлин весело рассмеялась и нежно обвила руками широкие плечи мужа.
– Нет, ничего я не хочу сказать. Тебе придется самому обо всем догадываться. Скажи, ты будешь меня по-прежнему любить, когда я стану старой и седой?
– Я буду по-прежнему любить тебя, когда стану старым и седым. И это, похоже, случится уже в следующем году.
Дрейк приник губами к ее нежной шее и отдался во власть этой своевольной колдуньи, которую ему все-таки удалось завоевать.
Возможно, жить рядом с ней будет и непросто, но уж точно вместе им никогда не будет скучно.