Костер на снегу
На самом-то деле Кейн был столь же рассержен, как и Натали, и хотя каждый из них прежде всего досадовал на собственную слабость, они предпочли изливать гнев друг на друга.
Кое-как управившись с одеждой, Натали схватила ротонду, закуталась в нее и отчеканила с неприкрытой ненавистью:
— Неизменно галантный капитан Ковингтон, благодарю за помощь!
— Не моя вина, что у тебя лучше получается раздеваться, чем одеваться, — отпарировал он.
— Я только начала, — со злостью возразила, она, — а ты закончил дело!
— Похоже, ты начала его еще до казино. Что-то не верится, чтобы ты вышла из дому с голым задом! Или это специально, чтобы не слишком утруждать случайного партнера?
— Да как ты смеешь! Это из-за платья, оно…
— …просто создано для шлюхи.
— Кого ты называешь шлюхой, ублюдок?!
— Ну, для потаскухи, если тебе так больше нравится. Скажи-ка, сколько раз ты развлекалась в этой карете со своим белобрысым рыцарем? Теперь понятно, почему он всегда посылает ее за тобой: чтобы не потеряла навык! И как же он предпочитает покрывать свою кобылку? Сидя? Стоя? На четвереньках?
Натали почувствовала, что с нее достаточно.
— По-разному, как в голову взбредет. Чего мы только не перепробовали в этой карете! Эшлин такой изобретательный! Тебе и не снились позы, в которых мы с ним занимаемся любовью! Например, в последний раз он предложил мне…
— Замолчи! — рявкнул Кейн. — Прикуси свой проклятый язык!
— Ты же сам хотел знать, — возразила Натали с хорошо разыгранным удивлением. — Я совсем не против описать тебе наши развлечения в мельчайших подробностях. Возможно, это снова тебя распалит.
— Никогда! — Кейн наклонился, приблизив к ней разъярённое лицо. — Раздвигай ноги для кого хочешь, с меня довольно! Никогда не прощу себе, что поддался на твои ужимки!
— Вот как? — медленно и жестко произнесла Натали. — А мне показалось, что ты получил большое удовольствие между раздвинутых ног племянницы фронтового друга, в карете ее жениха.