Ренегат

— Это вас забавляет? — гневно спросил он.
— Только то, что в конце концов вы допустили, что ничто человеческое вам не чуждо и вы подчиняетесь всем законам, придуманным для смертных. Почему вы были без винтовки? — продолжил разговор Вес.
— Хотел ввести неприятелей в заблуждение, — откровенно признался Райс. — Очень давно, наблюдая жизнь, я вывел заключение, что нельзя раскрывать врагам своих истинных возможностей. Обычно это себя оправдывает. К сожалению, утром я был рассеян.
— Думаю, что не стоит спрашивать, почему.
— Да, не надо, — согласился Реддинг. — Но этой ошибки я больше не повторю.
Улыбка исчезла с лица Веса, но прикосновения не перестали быть осторожными, бережными.
Он почти закончил, когда в дверь постучали, и на пороге появился пожилой человек с черным саквояжем в руке. Ему понадобилось бросить лишь поверхностный взгляд на то, что раньше было Райсом, чтобы предположить:
— Мартины?
Вес кивнул. Доктор подошел к краю кровати и протянул Реддингу руку:
— Доктор Кэмпбелл. Глядя на вас, я думаю, что вам чертовски повезло.
— Они просчитались, — добавил Райс. Доктор не стал тратить время на разговоры. Он ощупал лохмотья кожи и мяса, болтающегося на спине и груди Реддинга.
— Я должен кое-где наложить швы, иначе останутся уродливые шрамы.
Взгляд врача остановился на затянувшейся ране на боку, с которой Райс был доставлен в госпиталь тюрьмы Либби.
— Похоже, вы ведете насыщенную жизнь, мистер … ?
— Реддинг, — быстро вставил Вес. — Он гостит у нас.
Доктор сокрушенно покачал головой.
— Времена изменились. Теперь я занят значительно больше, чем раньше. Подозреваю, что имею дело в основном с жертвами Мартинов и их людей.
— И никто не собирается противостоять им? — спросил Вес.
— Слишком мало осталось сильных и здоровых мужчин, — ответил доктор. Он упомянул с дюжину погибших — все друзья Веса или его отца. — Все напуганы. — Он оглядел Веса с ног до головы и заметил пустую, подвязанную штанину. — Я рад, что ты вернулся, Вес. Ты нам поможешь.
Вес скептически улыбнулся.
— Вы ждете помощи от янки? — Это были горькие слова насмешка над самим собой.
— Со временем все забудется.
— Не думаю, чтобы у нас было время.
Доктор укоризненно произнес:
— Это не похоже на слова Весли Карра, которого я знал. Он, как я помню, ни перед чем не останавливался. — Доктор изменил тему разговора. — За дверью находится одна молодая особа, которая нервничает. Почему бы вам вдвоем не выйти и не успокоить ее, а я в свою очередь позабочусь о мистере Реддинге.
Вес вопросительно посмотрел на Райса.
— Скажите ей, что со мной все в порядке, — наказал он.
Доктор терпеливо дождался, пока Вес и Джайм выйдут, и сосредоточил все свое внимание на Райсе.
— Ну как?
Райс как бы удивленно поднял бровь.
— Все в порядке? — переспросил доктор.
— Нет, черт побери.
Доктор удовлетворенно кивнул.
— Тогда за работу.
* * *
Доктор Кэмпбелл задержался еще на пару часов, после того как выпил кофе, приготовленный Сюзанной. Женщина всматривалась в каждое движение его лица в надежде распознать хотя бы намек на истинное состояние Реддинга.
— Он страдает от страшной боли, ему надо много отдыхать. Но судя по его энергии и настрою, вам придется силой удерживать его в постели.
Сюзанна была готова разрыдаться. Никто — ни Вес, ни Джайм — не рассказал ей толком, что произошло.
— В каком состоянии, — обратилась она к доктору, — он находится? Какие ранения он получил?
— Раны, порезы, синяки, ушибы. Он весь избит. Надо уповать только на время и на Господа Бога… Интересный человек… Откуда он?
— Из Уэльса, — вставил незаметно подошедший Вес, и Сюзанна сообразила, что надо скрыть предыдущую часть разговора, касающуюся травм Райса. В конце концов, самое главное, что ее ночной ястреб будет жить.
— Могу я его увидеть?
Доктор ответил отрицательно.
— Я дал ему снотворное. Мистер Реддинг отказывался принять лекарство, пока я не объяснил ему, что покой и отдых — единственное средство, которое может поставить его на ноги. Я надеюсь, вы не хотите помешать ему?
Когда проводили доктора, Сюзанна повернулась к Весу.
— Что же с ним произошло?
Вес кратко поведал ей историю Райса. — Харди Мартин и его люди напали на Райса, привязали его к лошади и протащили по земле. Он должен благодарить Всевышнего, что после этой процедуры остался в живых. Не думаю, что Харди не хотел его прикончить, но он слишком труслив, чтобы сделать это самостоятельно. А если бы Реддинга нашли мертвым где-нибудь в прерии, то обвинять было бы некого.
— Но если бы он выжил…
— Харди решил, что Райс изнеженный, безответный путешественник. Он припугнул Реддинга на случай, если тот выкарабкается и надумает искать защиты закона. Они обвинят его в краже лошадей и убийстве одного из подручных Харди.
— Это мы вынудили его остаться, — печально заметила Сюзанна.
— Я не понимаю, зачем ты пригласила его ехать с нами в Техас, — полувопросительно проговорил Вес. Сюзанна замешкалась с ответом.
— Ты помнишь… когда мы были детьми… я принесла раненого ястреба домой?
— Он умер, — нахмурившись, припомнил Вес.
— Я знаю, — мягко заметила женщина. — Так вот в госпитале Райс мне напомнил этого ястреба. Дикий и свободный… и у него была такая страшная рана. Открытая. Я подумала, может быть…
— Может быть, можно спасти этого? Так ты подумала? — переспросил Вес. — Как я припоминаю, тот ястреб сильно поранил тебя….
Сюзанна нахмурилась. Сейчас он вспомнит, как обидел ее этот ястреб, Райс Реддинг.
— Как бы то ни было, мы должны заставить его уехать отсюда. Он достаточно пострадал.
Пристальный взгляд Веса преследовал ее.
— Теперь ты не сможешь никакими силами добиться этого, дорогая моя сестричка.
— Но…
— Если ты попросишь его оставить ранчо, он найдет какое-нибудь другое пристанище поблизости. Он жаждет отомстить Харди Мартину, и — бьюсь об заклад — разбойник от него не уйдет.
Сюзанна, чуть не плача, подняла глаза на брата.
— Что мы наделали, Вес?
— Твой ястреб ступил на тропу войны, Сью.