Барбаросса

– Нет, час еще не пробил.
Но, сказав это, он велел Фаону, Спору и Эпафродиту начинать крик и плач по нему, как по уже умершему.
Они отказались. Тогда император схватил Фаона за грудь и взмолился:
– Помоги мне, помоги! Я не могу умирать один. Покажи мне пример!
Вольноотпущенник ничего не успел ответить, как император рухнул на свое ложе и стал причитать:
– Дальше жить нельзя, будь разумен, дальше жить нельзя! Ты гнусен, Нерон, ты гнусен!
На улице послышался стук копыт. Это были те, кому велели захватить его живым. Император в трепете выговорил:
– Коней, стремительно скачущих, топот мне. слух поражает.
После этого велел Эпафродиту, своему советнику по прошениям, взять кинжал обеими руками и выставить вперед. Более не раздумывая, с открытыми глазами Нерон бросился на острие грудью.
Когда ворвался центурион, посланный за ним, он еще дышал. Офицер наклонился, чтобы зажать его рану плащом: ему было велено доставить преступника живым. Нерон прошептал: «Вот она, верность» – и испустил дух.