Судный день

Наконец-то мой взгляд коснулся ненавистного лица! Весь его облик заставлял меня закипать от ярости, отвращения... не могу найти слов... Я поднял огнемет и... да простит мне Бог! — замешкался, обуреваемый противоречивыми чувствами.
Ненависть — пей, переполнена чаша! 
Ненависть — требует выхода, ждет. 
Но благородная ненависть наша 
Рядом с любовью живет! 
Ларю должен умереть — и он умрет, но не ценой гибели ни в чем не повинных людей! Я не пощадил бы свою любимую Джессику, доведись ей встать у меня на пути. Это наша работа, мы поклялись умереть ради спасения хотя бы одной-единственной жизни. Вот почему мне — как и остальным — потребовалось несколько секунд, чтобы переступить через данную клятву.
Ларю именно на это и рассчитывал. Когда мы открыли наконец огонь, в ангар влетела последняя видимая струйка магической энергии и влилась в грудь чародея. Рауль и Тина без чувств рухнули на палубу; меч Минди померк; мои темные очки померкли; нательная броня сделалась невыносимо тяжелой; у Джорджа упал с запястья медный браслет.
— Победа! — сомнамбулически возвестил Ларю, устремив безумный взгляд на прыгающую между пальцев молнию. И повторил еще дважды, убеждая самого себя: — Победа! Победа!
Все было кончено. Заклинание произнесено. Вильсон Ларю стал единственным магом на земле. «...Горе земле и морю, ибо дьявол сошел на вас! Он полон злобы, ибо знает, что немного времени ему осталось!» [11]  Но пока что он выиграл...