Закат Америки

 
1.5. Парадигмы мира после холодной войны.
(Хантингтон С. Если не цивилизации, то что? // США: Экономика, политика, экономика.1994.№6.)
На протяжении 40 лет ученые — специалисты в области международных отношений и политики действовали и мыслили категориями парадигмы холодной войны, дающей хоть и упрощенную, но очень удобную картину международных отношений. Мир бы разделен на две группы, одна из которых состояла из относительно богатых и преимущественно демократических государств, возглавляемых США, а в другую входили довольно бедные коммунистические страны во главе с Советским Союзом. Политические, экономические и идеологические противоречия между этими двумя блоками временами выливались в военные конфликты, происходившие в основном на территории стран третьего мира — как правило, бедных, политически нестабильных, недавно получивших независимость и проводивших политику неприсоединения. Однако парадигма холодной войны не могла охватить и объяснить все многообразие международной политики. Существовало много «аномальных явлений» (этот термин использует Т. Кун в своем классическом труде «Структура научных революций» («The Structure of Scientific Revolutions»); кроме того, временами парадигма холодной войны ослепляла политиков. Но в то же время эта упрощенная модель глобальной политики, принятая повсеместно, формировала политическое мышление людей двух поколений. Драматические события последних пяти лет отправили ее в интеллектуальный архив истории. Необходимость создания новой модели, которая могла бы помочь понять центральные события международной политики, очевидна.
Карта нового мира
Статья «Грядущее столкновение цивилизаций?» — это попытка изложить элементы парадигмы нового мира, мира после холодной войны. Безусловно, не все события могут вписаться в эту схему. Однако, как утверждает Кун, аномальные события не отменяют парадигмы, отменить ее может только альтернативная модель.
Какие же группы стран будут особенно важны для понимания глобальных политических процессов? Государства в мире больше не делятся на страны свободного мира, третьего мира и коммунистического блока. Простого деления на два лагеря — бедные и богатые, демократические и недемократические — уже недостаточно. На смену такому делению и пришло деление мира по принципу принадлежности стран к той или иной цивилизации. На макроуровне речь идет о конфликтах между цивилизациями, а на микроуровне — об особо болезненных, длительных и жестоких конфликтах между государствами и народами, принадлежащими к разным цивилизациям.
За несколько месяцев, прошедших с момента написания статьи, произошли события, которые, во-первых, соответствуют парадигме цивилизации и, которые, во-вторых, можно было бы предсказать, исходя из нее. Это:
интенсификация боевых действий между хорватами, мусульманами и сербами в бывшей Югославии;
провал попыток Запада поддержать боснийских мусульман и осудить зверства хорватов так же, как были осуждены зверства сербов;
нежелание России присоединиться к попыткам других членов Совета Безопасности ООН заставить сербов заключить мир с хорватами;
интенсификация конфликтов между армянами и азербайджанцами, турками и иранцами;
продолжение военных столкновений между российскими войсками и моджахедами в Центральной Азии;
конфронтация на Венской конференции по правам человека между Западом, чью позицию представлял У. Кристофер, осудивший «культурный релятивизм», и коалицией исламских и конфуцианских государств, отвергающих «западный релятивизм»; переориентировка военного руководства России и НАТО на «угрозу с Юга»; решение провести Олимпийские игры 2000 г. в Сиднее, а не в Пекине; продажа Китаем компонентов ракет Пакистану и санкции США против Китая; конфронтация между Китаем и США в связи с тем, что Китай якобы передал Ирану ядерную технологию;
двойная игра США в отношении Ирана и Ирака;
нарушение Китаем моратория на испытания ядерного оружия, несмотря на протест США и отказ Северной Кореи от участия в дальнейших переговорах по вопросам ее ядерной программы;
призыв президента Ирана к объединению с Китаем и Индией — «чтобы мы могли оставлять за собой последнее слово в международных событиях»; соглашение между Б. Ельциным и Л. Кравчуком по Черноморскому флоту; бомбардировка Багдада и откровенная поддержка этой акции западными правительствами, которую почти все мусульманские государства осудили как проявление «двойных стандартов»;
планы принятия в НАТО Польши, Венгрии, Чехии и Словакии. Основные вопросы, имеющие международное значение, которые стоят сегодня на повестке дня, затрагивают отношения между цивилизациями, а не между супердержавами, как было раньше. Это такие проблемы, как нераспространение оружия массового уничтожения, права человека, иммиграция. Во всех этих вопросах Запад находится по одну сторону баррикад, а остальные цивилизации — по другую. Скажем, Запад борется за скорейшее сокращение ядерных вооружений, в то время как мусульманские и конфуцианские государства стремятся завладеть ядерным оружием, а Россия занимает двойственную позицию. Западные страны и Япония активно выступают за права человека. Россия, Индия и латиноамериканские страны готовы защищать только некоторые права, а Китай, многие азиатские и большинство мусульманских государств вообще не являются правозащитниками.
С Америкой покончено?
Одна из функций парадигмы заключается в том, что она позволяет выделить важные моменты (например, поводы для потенциальных конфликтов между группами стран, принадлежащих к разным цивилизациям, которые могут привести к столкновению), а вторая — в том, что парадигма позволяет увидеть привычные явления в отдаленной перспективе.
Рассмотрим это утверждение на примере США. В основе единства этого государства исторически лежат два основных принципа — европейская культура и политическая демократия. Приезжавшие в США иммигранты поколение за поколением ассимилировались в эту систему и стремились получить равные права. Самым успешным из движений за гражданские права было движение 50 — 60-х годов, во главе которого стоял Мартин Лютер Кинг. Позже акценты в нем сместились: от требования равных прав для отдельных индивидов к требованию особых прав для черных и некоторых других групп населения. В результате нарушался один из основополагающих принципов единства США: отвергалась идея общества, в котором не обращают внимания на цвет кожи, в пользу общества, где цвету кожи придается большое значение и где государство санкционирует привилегии для некоторых групп населения. Затем зародилось параллельное движение: интеллигенция и политические деятели начали проводить в жизнь идею «многокультурности», или «культурного плюрализма», которая предполагала пересмотр американской политической, социальной и культурной истории с точки зрения «неевропейского» населения США.
Как требование «особых прав» для некоторых групп населения, так и проповедование «многокультурности» могут спровоцировать столкновение цивилизаций в рамках США и привести к тому, что А. Шлезингер-мл. назвал «разъединением Америки».
США становятся все более неоднородными этнически. По оценкам Бюро переписи, к 2050 г. американское общество будет состоять на 23% из лиц латиноамериканского происхождения, на 16% из чернокожих и на 10% из выходцев из Азии. В прошлом иммигранты, прибывавшие в США, впитывали преобладавшую в американском обществе европейскую культуру и растворялись в ней, принимая с готовностью и радостью идеалы свободы, равенства, индивидуализма и демократии. А теперь, когда 50% населения будут небелыми, станут ли иммигранты по-прежнему принимать доминирующую европейскую культуру и растворяться в ней? Если нет, если США действительно превратятся в общество культурного плюрализма, чреватого столкновением цивилизаций, смогут ли они остаться либерально-демократическим государством? Не будет ли девестернизация США означать в то же время деамериканизацию? В этом случае то государство, которое мы знаем, прекратит существование.