Рокировка

— Ты, Вася, мой школьный товарищ, я тебя хорошо знаю, становись учредителем моего ООО.
А что потом? Печальные бывали истории, особенно когда появлялись серьезные деньги, приличные доходы. И начинались так называемые разборки. Одни пайщики расправлялись с другими — зачастую недавними друзьями. Нередко доходило до заказных убийств.
Игорь, учтя чужой горький опыт, осторожничал — и не напрасно, как выяснилось. Теперь ему пришлось объявить Мише об увольнении.
Игорь знал, что Миша вообще-то хороший, честный парень, помнил, что в студенческие годы тот был борцом за всеобщую справедливость, поэтому после неприятного разговора обнял его по-товарищески за плечи и заверил, что, несмотря ни на что, друзьями они останутся.
— Может быть, я сам виноват, — расчувствовавшись, сказал Игорь. — Ты близко к сердцу не принимай, устроишься еще, все будет хорошо. В гости заходи, мы с Людмилой будем рады.
— С Людмилой? — усмехнулся Миша. — А с той у тебя уже все?
— С кем? — не сразу понял Игорь. Потом вспыхнул и спросил небрежно:
— А при чем тут она?
— У меня, между прочим, отбил, — напомнил Миша, и глаза его стали недобрыми. — А теперь и слышать не желаешь?
Игорь нетерпеливо махнул рукой:
— Ладно, оставим этот разговор, у меня много дел…
В институте Мишу называли «совестью курса» — настолько он был принципиален в вопросах справедливости. Мечтал, чтобы всем было дано поровну, вмешивался, если, по его мнению, это правило нарушалось. Больше всего Игоря возмутил бесстыдный интерес Миши к его капиталу — какое ему дело? Деньги у Игоря были размещены в разных местах. Его состояние кроме собственной фирмы и служебных счетов, где доля капитала Игоря составляла почти семьдесят процентов, включало еще два счета — валютный и рублевый, кое-что перевел в ценные бумаги.
Прежде бумаги находились в том же банке, где и его счета, однако совсем недавно Игорь принял меры предосторожности. Если бы его спросили, чего именно он опасается, Игорь затруднился бы с ответом. Он забрал свои ценные бумаги и во время очередной поездки в Таллин отвез их туда. Пользуясь услугами партнера — гражданина Эстонии, положил все в банковский сейф.
Зачем он это сделал, чего опасался? Скорее всего, была подспудная мысль: если он все-таки разведется с Людмилой, то на эти бумаги она не сможет претендовать.
* * *
Удивительно, но Миша принял приглашение Игоря и пришел в гости. То ли всерьез воспринял вежливые слова Игоря, сказанные на прощание, то ли хотел загладить неприятное впечатление от последнего их разговора.
Миша позвонил ему через несколько дней после увольнения и сообщил, что хочет заглянуть «на чашку водки», как говорится.
«Зачем ему это? — недоуменно пожал плечами Игорь. — Чего он хочет? Я ведь пригласил его просто для проформы. Надо было как-то утешить».
— Конечно, приходи, — ответил Игорь. Ему тут же пришлось звонить Людмиле, чтобы предупредить: них будет гость, нужно соответственно подготовиться.
«О чем мне с ним говорить? — раздраженно подумал Игорь. — Неужели хочет вернуться на работу? Нет, вряд ли».
Людмила даже обрадовалась звонку мужа. Она подумала, что этот вечер, может быть, изменит к лучшему их с мужем отношения. В таких случаях не знаешь, что может повлиять. У нее появилась надежда. Ей вдруг пришло в голову, что можно еще кого-нибудь пригласить, специально для Миши, тогда вечеринка была бы веселее.
Наташа! Она деловая и активная женщина, к тому же хорошенькая. Будет болтать с Мишей, а у нее появится возможность вновь сблизиться с мужем.
Людмила перезвонила Игорю:
— Твой Миша придет один?
— Ну-у… — промычал Игорь недоуменно, — думаю, что да. Я на это надеюсь, по крайней мере.
— Может быть, мне позвать свою подругу? — предложила Людмила. — Она очень хорошая, будет не так скучно, как с этим твоим букой. Если уж решили собираться…
Игорь задумался. Ну что ж, вечер все равно потерян. Какая разница — будет еще кто-то или нет? К тому же Игорю пришло в голову, что присутствие еще одной молодой дамы вполне уместно: при ней Миша не посмеет опять проситься на работу.
— Конечно, приглашай, разрешил он и повесил трубку.
К вечеру Людмила готовилась основательно. Посетила большой продуктовый магазин на Вознесенском проспекте, накупила там деликатесов, благо в Деньгах недостатка не было, и вернулась домой. Готовить она не любила, поэтому принесла в основном закуски и полуфабрикаты. Но главное для нее было не в этом. Главное — ей выглядеть и вести себя так, чтобы Игорю понравилось.
Людмила тщательно продумала свой наряд. Она надела длинное платье, гладко зачесала назад волосы и прикрепила сзади черный шелковый бант. Блондинка с черным бантом — это должно произвести впечатление.
Потом позвонила Наташе, объяснила ей ситуацию, и та мгновенно согласилась:
— У меня все равно свободный вечер. Мой мужчина сегодня занят. Посмотрю на этого Мишу, может, он мне сгодится, если ты на него не претендуешь.
— Ради бога! — воскликнула Людмила. — Сделай одолжение, займись. Я его разок видела, он мне не понравился.
— Ну да! — хихикнула Наташа в трубку. — Зачем тебе какой-то Миша, у тебя есть мужчина покруче.
Вечером все началось так, как и предполагала Людмила. Гости явились вовремя, когда закуски уже стояли на столе.
Они сидели, выпивали, о чем-то болтали, но Людмила все время ощущала напряжение, что-то такое висело в воздухе, не позволявшее ей расслабляться.
Что ее тревожило, Людмила не могла понять: то ли то, что Миша восторженно смотрел на Наташу, то ли то, что Игорь чересчур восхищался Наташей. Ей было обидно. Не для того она позвала подругу, чтобы Игорь пялился на нее, а не на собственную жену.
Наташа держалась безукоризненно, с обоими мужчинами холодна и сдержанна.
Она сидела за столом, красивая и яркая, но даже не кокетничала. Людмила отметила, что Наташа чем-то походила на школьную учительницу — так строга и серьезна она была.
«Молодец, умеет себя держать», — почти с завистью подумала Людмила.
В атмосфере вечера все же сохранялось напряжение, будто присутствующие знали что-то такое, о чем не хотели говорить.