Братья по оружию
Китиара нахмурилась. Её отец был Соламнийским Рыцарем, по крайней мере, до тех пор, пока его не выкинули из Ордена за разные проступки. От него Китиара унаследовала в полной мере неприязнь к магам и всему, что с ними связано.
– Ничего мне это не говорит, – бросила она. – А что, Ариакас сильный маг и много умеет?
– Кто бы говорил, – усмехнулся Балиф. – Твой собственный братец, которого ты качала на руках, как помнится, тоже начинал баловаться с магией.
– Рейстлин был слишком слаб, чтобы заняться чем-нибудь полезным. Но надо же было ему как-то выживать. Он бы и меч не смог удержать. А вот в отношении Ариакаса так сказать точно нельзя.
– Верно, – согласился Балиф. – Лорд Ариакас владеет мечом не хуже, чем магической силой. Но никогда нелишне иметь запасное оружие, сама же знаешь. Вроде клинка в твоём ботинке.
– Да, точно, – неохотно признала Китиара. Она была не в восторге от описаний Ариакаса, и видящий это Балиф поспешил внести новые поправки в образ Лорда. Такие, чтоб Китиара оценила:
– Вообще, восхождение Ариакаса к славе началось тогда, когда он убил собственного отца и…
Но Китиара уже не слушала его. Она во все глаза уставилась на стойку мечей, видневшуюся у порога уличной кузницы. Особенно притягивал её длинный светлый меч, стоявший первым.
– Ты только посмотри, какая красота! – Она нежно коснулась эфеса клинка-
Меч-бастард, стоявший перед ней, от короткого меча отличался более узким лезвием и превосходил его в длине не меньше чем на две ладони. Это особенно привлекло Китиару, поскольку соперники-мужчины зачастую обладали более длинными руками, а это можно было уравновесить с помощью такого клинка. Девушка не сводила с меча взгляда – ещё никогда ей не доводилось видеть такое прекрасное оружие, сделанное, казалось, специально для неё.
Она осторожно вынула его из крепления стойки, затаив дыхание, боясь обнаружить в переливах стали хоть малейший дефект. Пальцы Китиары сильно и нежно сжались вокруг кожаной рукояти. Большинство эфесов были для неё слишком велики, но этот сидел в руке, как будто был сделан специально для неё. Воительница сделала несколько пробных взмахов, проверяя вес клинка: тяжёлый меч быстро утомил бы её в бою, а лёгкий не дал бы нужной атакующей мощи. Но нет, баланс был просто идеален, полоса стали казалась продолжением её руки.
Китиара стремительно влюблялась в прекрасный клинок, тщетно убеждая себя не спешить и думать расчётливо и трезво. Она поднесла меч поближе к глазам, медленно поворачивая его и исследуя часть за частью. Ковка была удивительной, ровной и прямой, как луч света.
Воительница восхищённо вздохнула и, отступив на шаг, продолжила испытания. Она выполнила несколько защитных приёмов, наблюдая, как работает гарда меча в защите и не мешает ли она локтю и предплечью. Балиф молча наблюдал за происходящим. Между тем Китиара сделала несколько выпадов и ударов, следя за поведением меча, после чего проверила баланс клинка в сильных рубящих движениях, каждый раз резко останавливая руку на полдороги. Ей было важно, чтоб лезвие могло неожиданно менять угол и направление атаки, легко и непринуждённо нанося смертельные удары. Натешившись вдоволь, Китиара упёрла лезвие в камни мостовой и проверила его на гибкость и ломкость. Но сколько она ни наваливалась всем весом на меч, тот лишь ласково пружинил и упруго разгибался, словно сильные руки любимого человека.
Хозяина кузни не было видно, но, судя по звонким ударам молота, тот работал где-то в глубине помещения. Зато с Китиары и её друга не сводил глаз его помощник, поставленный следить за товаром и отгонять, если придётся, настырных кендеров. Дав потенциальной покупательнице вдоволь налюбоваться мечом, он поспешил к ней:
– Добро пожаловать в нашу лавку! Если зайдёте внутрь, мы сможем представить вашему вниманию ещё более прекрасные товары. Там лежат изделия самого мастера…
Китиара внимательно посмотрела на него, не разжимая руку на эфесе:
– Является ли этот меч работой твоего хозяина?
Помощник скривился:
– Прошу прощения, госпожа, конечно нет. Изделия мастера внутри, тут лежат совсем бросовые вещи по сравнению с теми, что хранятся внутри. – Он низко поклонился, приглашая её следовать за собой.
– Кто сделал этот меч? – Китиара оторвала взгляд от бастарда и, осмотрев остальные мечи, с удивлением отметила, что они ужасного качества.
– Что проку в имени, – пожал плечами помощник. – Я даже не вспомню сразу, вроде его звали Тэрос… Тэрос Щитник.
– Тогда скажи, как пройти к его лавке, – бросила Китиара.
– Недавно она сгорела дотла, – Глазки помощника забегали. – Этот Тэрос был слишком надутым гордецом, в нашем городе таких не любят, вот, наверное, кто-то и преподал ему урок. Бедняга был вынужден распродать все по другим лавкам. Не подумайте, госпожа, мы никогда не торгуем такими ужасными мечами, просто мой хозяин необычайно добр и щедр. Вот и пожалел его. Я сразу понял, что вижу перед собой женщину редкого вкуса, и если вы только позволите…
– Я хочу этот меч! – отрезала Китиара. – Сколько?
Помощник мрачно уставился на неё, прикидывая, стоит ли продолжать убеждать, потом вздохнул и назвал цену.
– Не слишком ли много за бросовый меч? – хмыкнула Китиара.
– Но мы же должны покрыть расходы за хранение. У нас очень уважаемая лавка, и хозяин отдал Тэросу слишком много монет от своей щедрости…
– Да, я уже это слышала, – резко сказала она. Некоторое время они упорно торговались, не желая уступить друг другу, но, в конце концов, Китиара ударила по рукам, когда помощник согласился добавить к мечу пояс с ножнами.
– Заплати ему, – кивнула воительница Балифу. – Я отдам тебе деньги, как только они у меня появятся.
Балиф скривился, но покорно развязал кошелёк и отсчитал монеты, медленно взвешивая каждую в руке.
– Прекрасно! – удовлетворённо вздохнула Китиара, затягивая пояс на талии.
Она проверила, насколько легко можно выхватить лезвие, и слегка отрегулировала длину ножен: будь она на дюйм ниже ростом, длинное лезвие бастарда чиркало бы по земле.
– Теперь я снова вооружена как подобает. Этот меч, Балиф, несомненно, стоит в десять раз больше, так что я с удовольствием верну тебе деньги как можно быстрее.