Шестипалая

— Если не возражаете, я лучше постою, — ответил Хадсон.
— Как желаете, — не стал упорствовать хозяин дома и сел на стул.
В комнате воцарилась напряженная тишина.
— Не сомневаюсь, вы все знаете, что пропавшая девушка, мисс Вильямс, найдена. Она покончила с собой, — продолжал Хадсон. — Я знаю, насколько хорошо у нас налажен контакт с сержантом Зорном.
— Наши дела плохи, — хриплым голосом пролепетал пьяный Блисс.
— Я пришел, чтобы задать вам пару вопросов, — сказал Хадсон. — Мне сообщили, что сегодня вечером вы в усадьбе моей племянницы Энжелы отрабатывали приемы борьбы с партизанами. Хотелось бы узнать, почему вы меня об этом не предупредили?
— Сэр, но это были регулярные учения, — ответил Смит.
— Регулярные учения на землях, принадлежащих частному лицу, и с нанесением ущерба ее владельцу? — спросил Хадсон. — Как я понял, вы спилили там несколько деревьев.
— Сэр, мы были уверены, что ваша племянница возражать не будет. Те две березы уже начали сохнуть.
— А прежде чем их пилить, вы спросили у Энжелы разрешения?
— Нет, сэр. Мы…
— Мне также сообщили, что вы стреляли по ее гостям.
— Это не представляло для них никакой опасности, сэр. Всем бойцам было сказано, чтобы они, заметив в роще движущиеся объекты, открывали огонь. Но не на поражение цели.
— Не на поражение? Тогда, может быть, вы взглянете на мою раненую руку? — спросил Джерико.
В комнате повисла тишина.
— Оррин Тейер заявил полицейским, что я якобы разрешил вам вторгнуться во владения Энжелы, — сказал Хадсон.
— Оррин слишком много болтает, — заметил Блисс.
— Мы полагали, что вы, сэр, дали нам право действовать там по нашему усмотрению, — ответил Смит.
— С какой стати?
— Прошлым вечером вы приказали нам прекратить их безобразное представление и разогнать зрителей. Поэтому мы сочли…
— Об этом говорить пока не будем, — бросил Хадсон. — Вы же прекрасно знаете, что тогда была совсем другая ситуация.
— Да, сэр.
— А еще мне известно, что на мистера Джерико в доме Оррина Тейера напали люди в масках. Его избили до полусмерти, а затем притащили в сарай, стоящий в усадьбе Энжелы. Я давал свое позволение на то, чтобы вы в своих целях использовали ее собственность?
— Сэр, мне кажется, этот разговор сейчас несколько неуместен, — вмешался Блисс. — Такие вопросы в присутствии приезжих обсуждать не следует. Вы, мистер Хадсон, один из нас, но их наши дела не касаются.
— Нет, мистер Джерико имеет к ним самое непосредственное отношение, — возразил Хадсон. — Его избили, лишили свободы и, более того, ранили. Так что у него есть полное право участвовать в нашем разговоре.
— А что, мистер Джерико нас в чем-то обвиняет? — спросил Смит.
— Конечно обвиняю, — ответил Джерико. — Я знаю, что вы на это скажете. Мы здесь совсем ни при чем. Миссис Тейер, поняв, что ее мужу грозит опасность, обратилась за помощью к неизвестным лицам. Люди в масках, которые избивали мистера Джерико, нам не известны. Поскольку я не могу доказать, что это были вы, вы становитесь невинными, словно младенцы. Однако в роще в меня стреляли вы. Или, может быть, это были бойцы не АИА, а какой-то другой, неведомой армии?
— Джефферсон, ты создал в Гленвью отделение АИА, — сказал Хадсон. — Спустя некоторое время ты обратился ко мне за финансовой помощью, и я ее тебе оказал.
— Весьма великодушно с вашей стороны, мистер Хадсон, — сказал Смит. — Однако…
— Джефферсон, — оборвал его старик, — помощь я оказал тебе не потому, что мне нравится цвет твоих волос, твоя манера одеваться, или потому, что у твоих детей хорошие манеры. Я помог тебе, поскольку поверил в цели, которые преследует АИА. Ты объединил жителей нашего городка, так как был твердо убежден, что анархия несет в себе угрозу американскому образу жизни. Ты верил, что наши суды своими решениями сводят на нет усилия полиции, которая старается навести в стране порядок, что законопослушные граждане не могут защитить себя от разбушевавшейся толпы, от грабителей, вандалов, насильников и убийц, заполонивших нашу страну. Вы стояли на страже законности и порядка, чтобы любой житель Гленвью после наступления темноты мог не боясь появиться на улице. Я снабжал вас деньгами, чтобы вы, приобретя на них оружие, могли применить его, когда это будет необходимо. Но вы, как я теперь понял, используете свою организацию совсем в других целях.
— Но вы же согласились на налет, который мы устроили прошлым вечером, — возразил Смит. — Вы им фактически и руководили.
— Да, руководил, — подтвердил Хадсон. — Мы были вынуждены разогнать тех, кто покушался на основы морали, благопристойности и человеческого достоинства. Однако в своих последующих действия вы, Джефферсон, зашли слишком далеко.
— Не понимаю, сэр, почему…
— Вижу, что не понимаешь, — сказал старик. — Тогда придется начать все сначала. Не знаю, что произошло с Линдой Вильямс, поэтому здесь я вас ни в чем не могу обвинять. Хотя и подозреваю, что погибла она по вашей вине. — Неожиданно его голос задрожал. — Мы разогнали собравшихся на представление зрителей, потому что оно было аморальным. Но если эту оправданную акцию кто-то из наших людей намерен использовать в качестве оправдания своей собственной аморальности, тогда всем нам стыд и позор. Если мистера Джерико, который искал пропавшую девушку и заподозрил вас, без суда и следствия избили и лишили свободы, то вы совершили беззаконие, против которого мы призваны бороться. Мы свято верим в неприкосновенность частной собственности, но вы, уподобясь взбунтовавшейся толпе, этот принцип нарушили. Более того, мы вооружились с единственной целью — противостоять тем, кто это оружие неправомерно использует. И что в итоге мы имеем? Полицейский, исполнявший свой долг, убит маньяком, который числился одним из нас. Мы создали организацию, чтобы укрепить дисциплину, а сами ее нарушаем.
— Сэр, в том, что вы говорите, есть доля правды, — сказал Смит, — но…
— Я еще не закончил, — оборвал его мистер Хадсон. — Мне очень хотелось бы узнать, почему вы вторглись в усадьбу моей племянницы и причинили ей материальный ущерб. Ты же и сам, Джефферсон, отлично понимаешь, что ваши рассказы о проводимых там учениях просто бред сивой кобылы. У вас были причины, чтобы собраться во владениях Энжелы, а не использовать для своих военных игр те несколько сот акров леса, которые я вам специально выделил. Может быть, ты, Джефферсон, мне объяснишь? Если ты этого не сделаешь, все отношения с вами я порву. Лишу вас материальной и моральной поддержки. Ну, так что?