Первый день поста

— Минутку, Гарольд! — воскликнул Болан, поднимая руку в знак протеста. — Я думаю, мне следует пересмотреть свою позицию.
— Ну-ну, только без шуток! По-моему, мы все уже решили. Ты поставишь меня в неудобное положение, если мне придется вернуться в Белый дом и объявить Президенту... Ей-богу, я предпочел бы оказаться на месте Марко!
Болан вздохнул:
— Гарольд, я не хочу взваливать всю ответственность на тебя, я просто хочу подвести итоги с самим собой и понять, к чему это ведет. Мне нужно перевести дух и набраться сил, чтобы понять, на каком я свете.
— Тебя можно понять, — ответил шеф ФБР, хотя такой ответ его отнюдь не восхитил. — Сколько тебе нужно времени?
— Как и договорено, завтра же я найду тебя во Флориде.
— Вот и отлично! А то ты, право, напугал меня. Я думал, что...
— Значит, до завтра?
Болан с усталым видом посмотрел на Розу Эйприл.
— Вы понимаете? — тихо спросил он.
Она кивнула своей прелестной головкой и ответила:
— Естественно. До завтра.
Мак встал и вышел из комнаты. Гримальди ждал его в самолете. Болан устроился радом с ним в кресле второго пилота.
— Поехали!
— Прекрасно, но куда, черт возьми?
— Джек, найди какое-нибудь тихое местечко, неважно где, между Аламогордо и Пенсаколой. Я хочу немного побыть в тишине и спокойствии.
— Ты в бешенстве?
— Пока еще не совсем, — едва слышно откликнулся Болан.
— Я так и почувствовал: это началось сегодня утром и продолжалось весь день. Это не в твоем стиле, старик. Что тебя бесит? И почему?
Но Болан не знал ответ на этот вопрос. Как, впрочем, не знал, на кого была направлена его ненависть. На себя или, возможно, на Фрэнка Хэрлсона, или на Боба Томпсона, или на Фила Джордана, или на Мэри Вальдес — одним словом, на всех актеров этого гнусного сценария. А может быть, и вовсе ни на кого?
Он чувствовал только, как где-то в глубине души невероятная ярость и неудовлетворенность до боли стискивали его сердце. А ведь была среда. Всего лишь среда — первый день поста.