Кровь за кровь

Едва он успел сбросить с себя рюкзаки, как на аллею въехала первая машина из конвоя Оджи Маринелло.
Палач мысленно поблагодарил Бога, который, казалось, покровительствовал ему в эту ночь: как бы там ни было, но Оджи Маринелло, capo di tutti capi,  был более лакомой добычей, чем Майк Талиферо.