Двойная игра

В поле зрения опять появился автомат. Его ствол вспыхнул, но выстрел был едва слышен сквозь шум дождя. Болан понимал, что с каждым выстрелом все больше обрушивается хрупкая скала и в конце концов у парня не останется места для укрытия. Когда видимость улучшится, шансы Болана очень повысятся, в то время как шансы этого парня на спасение упадут.
Небо быстро темнело, возникало впечатление, что начинается солнечное затмение. Вспышки молний ярко освещали местность, и после этого видимость становилась еще хуже.
Как скаковая лошадь приходит в замешательство после неудачного круга, так и даже самый сильный стрелок начинает нервничать после нескольких промахов. Он чаще высовывается и дольше остается на виду. Еще минута, подумал Болан, и дело будет сделано. Он дожидался очередной вспышки молнии.
Держа край скалы под прицелом, он лежал и ждал, когда парень допустит ошибку, а в этом он был уверен. Следующая вспышка молнии, видимо, окончательно вывела неудачливого стрелка из равновесия, он встал на ноги и выглянул из-за скалы. Через оптический прицел Болан смог разглядеть, что рот его широко открыт. Если это так, то ветер уносил звук в сторону и он не долетал до ушей Палача. Рот парня так и не закрылся. Он получил пулю из "Уэзерби". Сверкнула молния, и Болан увидел рану на спине несчастного.
Он тяжело упал, удар о землю сопровождался множеством брызг. Тело откатилось на несколько ярдов.
Болан вскочил на ноги и побежал туда, где должен был лежать Элбрайт. Если тот еще жив, он найдет его и отправит отсюда в госпиталь. Может быть, уже поздно, но все же трое за одного — тоже неплохо. Хотя утешение слабое.
Весьма слабое.