Мягкие зеркала (полная версия)

— Меф, а твое самочувствие?..
— Я абсолютно в норме. Однако могу… — Он хотел сказать: «…Могу объяснить, что случилось с Бакулиным», но Элдер вдруг рявкнул:
— Всех прошу помолчать! Аб, дай мне Бакулина.
Пауза. Голос Михайлова:
— Командир, не надо тревожить Мстислава. Не стоит ему разговаривать. У него, по-видимому, сотрясение мозга.
— Черт знает что!.. — пробормотал Юс.
Длинная пауза. Десантники, облитые светом низкого солнца, стояли совершенно неподвижно.
— Кто из нас имеет профессиональную медподготовку? — риторически спросил Асеев.
Винезе тушканчиком поскакал к «Циклону».
— Что толку, — сказал Джанелла. — Если там сейчас даже стекло гермошлема открыть невозможно…
— Вздор болтаешь, — произнес Лорэ. — Винезе хотя бы знает, какой внутрискафандровый иньектор задействовать…
— Замолчите вы оба, — сказал Симич (Асеев поднял кверху чуть разведенные в стороны руки). — Говори командор!
— Десант продолжается, — сказал Асеев. — Я возглавляю первое звено, Элдер — второе. Тимур, помоги взрывникам.
Теперь поскакал к «Циклону» Кизимов. Начальник рейда и командир группы возглавили осиротевшие звенья. Асеев спросил:
— Меф, как это случилось с Бакулиным?
Он рассказал.
Ты уверен, что это был именно луч? — спросил командир.
— Да, лучевой удар в днище. Залп.
— Хочешь сказать — похоже на осмысленную атаку?
— Вряд ли. Ведь ничто не мешало ее завершить, однако нас больше не тронули.
— Иными словами, времени для повторной атаки было достаточно?
«Более чем достаточно», — подумал он. И снова не повернулся язык предать гласности драматический эпизод вылавливания Бакулина над пропастью. Да и никому это сейчас не нужно.
— У меня гипотеза! — сказал Джанелла. — Это был залп ледазера. Слова «лед» и «лазер» в синтезе. Обозначают редкое явление природы. Суть в том, что внутренние напряжения планетоида сотни, а может быть, и тысячи лет производили энергетическую «накачку» какой-нибудь глыбы сверхчистого льда на дне Кратера…
— А когда глыбе надоело «накачиваться», — вставил Асеев, — на пути «ледазерного» луча случайно оказалось днище драккара.
— Ладно, — легко согласился Джанелла, — явление это не редкое. Сокращаю срок до нескольких месяцев. Или дней.
— Или минут, — не преминул добавить Накаяма. — Но все равно ты гений.
— Он прав в одном, — возразил Йонге, — на этом чертовом планетоиде не все чисто…
Ситуация там, где над трещиной ползало с лидарами звено под руководством Элдера, не менялась. Зато у открытого люка «Циклона» показались фигуры десантников, которым сегодня выпало быть взрывниками. (Звено выволакивало на лед какие-то круглые коробки — части фугаса, надо полагать.) Он был обеспокоен, несколько даже шокирован молчанием Элдера.
— Юс! — окликнул командира Асеев. — Кажется, мы нашли то, что надо: лидар показал глубину в шесть тысяч метров.
Было слышно, как кто-то присвистнул.
— Не может быть, — усомнился Лорэ.
— Мы нашли вход в Преисподнюю! — торжествовал Джанелла. — Мой лидар показал шесть тысяч одиннадцать. Провалиться мне сквозь планетоид, если фугас не уйдет здесь вниз по трещине километров на пять.
— Свистать всех сюда? — спросил Йонге.
— Отставить, — вдруг сказал Элдер. — Я помогу взрывникам, а первое и второе звенья — на сбор и капсулирование образцов. Но более чем на полтора километра по радиусу не удаляться.
Пока Михайлов, Нортон, Кизимов и Элдер монтировали и опускали взрывное устройство на пятикилометровую глубину, «грибники» молча делали свое дело. Никто из них не обнаруживал склонности «удаляться по радиусу» даже на полтора километра. По-видимому, всем было здесь неуютно. Только Джанелла в обществе верного, как собака, киберконтейнера продолжал двигаться куда-то вдоль уступа террасы. Поскольку десантник был в секторе его наблюдения, он не спускал с него глаз: боялся потерять из виду, если тот вдруг надумает спрыгнуть с уступа; но когда Джанелла тихо пробормотал: «О, кажется, алмазный лед!.. — а затем сдержанно посмеялся чему-то и еще тише добавил: — Дальше, песик, мы с тобой не пойдем…» — он успокоился и перевел взгляд на компанию взрывников.
— Аб, — спросил Элдер, — Клим меня слышит?
— Борт рейдера на приеме, — подтвердил дежурный координатор Клим Рукосуев. — Вопросов, как видишь, не задаю, но одиссею твоих парней наблюдаю на семи экранах.
— А мой график десанта выверяешь на восьми таймерах, — дополнил Элдер, принимая из рук Нортона люминесцентно-алый, как живое пламя, цилиндрик РИФа (радиоинициатор для взрыва фугаса в нужный срок).
— Служба, — ответил Клим.
— Что скажешь о разбросанных по Ледовой Плеши сейсмодатчиках?
— Ничего дурного не скажу. Нормально транслируют на борт контрольный сигнал.
— Когда пойдут сигналы рабочие — дашь сюда оценку качества.
— Охотно. А когда они пойдут?
— Через тысячу секунд. — Элдер что-то сделал с алым цилиндриком и швырнул вниз. Словно стряхнул с руки в темноту расселины язычок пламени. Для порядка скомандовал: — Всем покинуть зону огня!
Громогласно произнесенная на весь Оберон команда касалась лишь самого командира и трех стоящих рядом десантников.
— Я, пожалуй, попрыгал к драккару, — сказал Михайлов, десантным ножом счищая с оранжевого рукава налипшую ледяную крошку. — Грузовые фиксаторы надо отжать — торчат там рогами. Заодно подберу упаковку. Только сели — а мусора уже вокруг «Циклона»…
— Да, нехорошо, — согласился Юс, том же методом очищая колени и верх башмаков. — Представляете, сел бы здесь «Леопард»?
Десантники промолчали.
— Не напрягайте умы свои, ибо вижу знамение и прорицаю! — издали вмешался Джанелла. — Будет здесь то же самое, что на несчастной Европе. Четыре раза я десантировался на Европу и, увы, за монбланами мусора ни разу не видел ее естественного горизонта. Я там боялся ходить.
— Джанелла, как всегда, сгущает краски, — сказал Кизимов. — Но в принципе верно. Я бывал на этом планетоиде…
— Все, кто бывал на Европе, — сказал Нортон, — говорят о ней одинаково: крупнейшая мусорная свалка Внеземелья.