Всю ночь напролет

— Нет, ни разу.
— Ты его недооцениваешь. Я знаю точно; ты очень много значишь для него, и он не станет сознательно причинять тебе боль. Поговори с ним, я думаю, все встанет на свои места.
Элизабет подумала, что учитель, наверное, прав. Смогла же она объяснить Тодду, почему ей нельзя ездить на мотоцикле, — Спасибо, мистер Коллинз, — сказала она. — Вы помогли мне преодолеть творческий кризис.
— Вот и отлично, — отозвался Роджер Коллинз и подмигнул ей. — А то я просто умираю от любопытства, какими слухами сейчас живет наша школа. Теперь Лиз могла собраться с мыслями. Главным событием было достойное поведение Тодда на стоянке у «Дэйри Берджер». Она описала разыгравшуюся там сцену, добавила пару строк, описывающих отремонтированный ресторан, и напоследок посоветовала своим читателям не брать сразу две порции фирменного блюда — моллюсков в тесте, а сначала убедиться, что оно им по вкусу.
— Еще раз большое спасибо, мистер Коллинз, — сказала Элизабет, протягивая ему напечатанную статью.
С такими друзьями, как их куратор, Лиз может ничего не бояться — в трудную минуту у нее всегда будет поддержка Элизабет пришла в столовую рано. Отойдя от прилавка, она прошла во внутренний дворик и села за стол. Тут подошла Инид. У нее на тарелке была гора макарон с сыром, по виду похожих на резину. Сегодня почти у всех на тарелках были макароны.
— Все в порядке? — осторожно спросила Инид.
Элизабет кивнула с набитым ртом. Но Инид это не убедило.
— Послушай, — настаивала она, — ты сердишься на меня за то, что я прокатилась с Тоддом?
— Разумеется, нет, — ответила Лиз.
— Точно? — спросила Инид с сомнением в голосе. — Может, ты сама этого не заметила, но сегодня утром в раздевалке ты на меня смотрела с такой злостью, что я даже засомневалась: ты это или Джессика.
— Прости, Инид, я не нарочно, — честно призналась Элизабет. — Я в самом деле была немного расстроена, но совсем не из-за тебя — Я не думала, что ты так огорчишься.
Я никогда раньше не каталась на мотоцикле, и мне ужасно захотелось попробовать. Я думала: мы тут же вернемся. Но потом я опоздала на автобус, и так получилось»
— Давай не будем больше об этом, — перебила ее Элизабет. — Тебе не за что извиняться. Я рада, что тебе понравилось ездить на мотоцикле.
— Мне и в голову не пришло, что ты будешь переживать.
— Не обращай внимания, просто у меня черная полоса в жизни.
— Может, тебе надо выговориться?
— Наверное, но не сейчас, — уклончиво ответила Лиз.
Она не решалась смотреть в глаза подруге и отвела взгляд. Тут она заметила Джессику с Лилой, которые шли через двор с подносами в руках Элизабет вспомнила о просьбе сестры и спохватилась, что еще не поговорила с Инид. Джессика очень расстроится Вот сейчас и надо поговорить, самый подходящий момент, И ничего тянуть. А то Инид проявит какую-нибудь инициативу, пойди потом распутай.
— Слушай, Инид, могу я тебя кое о чем попросить?
— Конечно.
— Ты не могла бы на дне рождения помочь Джессике поближе познакомиться с Брайеном? — быстро проговорила Элизабет.
Прежде чем ответить, Инид долго жевала, не поднимая глаз от тарелки — Лиз, ты знаешь, как я к тебе отношусь. Ты моя лучшая подруга, — начала она издалека. — Но этого я делать не хочу!
— Почему? — спросила Элизабет. Она прекрасно знала причину отказа, но надеялась все-таки переубедить Инид. В конце концов Брайен будет только рад. Какой же парень откажется дружить с ее сестрой?
— Если бы это был кто-нибудь другой, я бы сразу согласилась. Но Джессика мне причинила много горя Ты знаешь, Лиз, я не могу ее простить. Она относится ко мне как к ничтожеству, которое вьется хвостом за ее сестрой.
— Но, Инид, — настаивала Элизабет, — ты все эти месяцы ни разу не вспомнила Ронни. Вы с Джорджем — замечательная пара. Согласись, все кончилось очень хорошо, — Дело не в этом, — не сдавалась Инид, — Почему я должна что-то для нее делать? Она даже не извинилась передо мной. К тому же у нее роман с Дэнни Стауфером. Ты сама сказала вчера, что в «Дэйри Берджер» ее привез Дэнни. — По-моему, она не принимает его всерьез.
— Тем более нечего кружить голову моему кузену. Прости, Лиз, но я не могу выполнить твоей просьбы.
Элизабет раскрыла уже рот, чтобы попытаться смягчить Инид, но тут появился Тодд и на бегу торопливо поцеловал ее в макушку.
— Как дела, Тодд? — спросила Элизабет, — Лучше не спрашивай. У меня ум за разум заходит, — ответил он, стараясь отдышаться, — Я только заглянул на минуту, чтобы схватить чего-нибудь пожевать и сказать тебе, что не смогу встретить тебя после обеда, как договорились, — Все из-за реферата?
— Из-за чего же еще? — Он пожал плечами. — Ты прости, я спешу в библиотеку. Мэнди там закопалась в газетах, и меня ждет та же печальная участь. Ну пока, до встречи Инид проводила взглядом длинноногую фигуру Тодда, три секунды — и он скрылся за дверью главного здания. Обернувшись, Инид увидела расстроенное лицо Элизабет.
— Эй, Лиз, очнись, — Инид помахала рукой перед глазами подружки, которая снова сидела с отсутствующим видом, — Ау, хозяева, есть кто-нибудь дома?
— Прости, Инид.
— Слушай, если бы я плохо знала тебя, я бы голову дала на отсечение, что ты ревнуешь Я видела, как ты вся напряглась при имени Мэнди. Да брось ты, Лиз, они всего-навсего пишут реферат о китах.
Элизабет глубоко вздохнула:
— Во всем виноват мотоцикл. Я стала просто ненормальной из-за него.
— Ничего не понимаю. В чем виноват?
— Да хотя бы в том, что я ужасно ревную.
И Элизабет стала рассказывать. Какое счастье, когда есть кому излить душу!
— Ты думаешь, почему я сегодня утром была, мягко говоря, такая нелюбезная? Я ревновала.
— Кого — меня? — Инид вытаращила глаза. — Господи, почему?
— Ты каталась с Тоддом на мотоцикле, а мне это категорически запрещено.