Опасная любовь
Элизабет уселась на стул Джессики Она прекрасно знала привычки, ужимки любимые словечки сестры, так что сыграть Джессику ей было нетрудно, — Я уж думала, ты решила сегодня не завтракать, — Элис Уэйкфилд поставила перед ней тарелку с последними блинами и тут же снова повернулась к раковине.
Элизабет чуть не застонала. Кошма-а-ар… Она уже так наелась блинов, еле двигалась, неужели предстоит съесть еще столько же?! Она живо представила себе заметку в школьной газете; «Сотрудник редакции в тяжелом состоянии доставлен в больницу для промывания желудка!» Мрак…
— Прости меня, бедный мой желудок, — прошептала она и храбро загарпунила вилкой блин. Как назло, любимой едой Джессики тоже были блины.
— Лиз не стала ждать тебя, опаздывала, — сказала миссис Уэйкфилд через плечо, загружая тарелки в посудомоечную машину. — Сказала, что найдет тебя в школе.
— Ничего, — Элизабет кокетливо помахала ручкой. — Она, наверное, спешила встретиться с Тоддом. Я была бы только третьей лишней.
Элизабет ела и при этом без умолку болтала. Только бы мама не спросила, как «она», то есть Джессика, провела день у Кары — Да, кстати, ты видела ту блузку, ну помнишь, я тебе о ней говорила? — Элизабет вспомнила, что пару дней назад Джессика просила у матери новую блузку.
Миссис Уэйкфилд вздохнула:
— Джес, ну скажи честно: куда тебе еще одна блузка? Вон у тебя в шкафу сколько всего валяется. Постирала бы, погладила. Ведь уже и вешать некуда. Элизабет картинно закатила глаза. Господи, еще стирать! С тех пор, как мать снова начала работать, стирку возложили на сестер. Она уже было снова собралась клянчить, как вдруг придумала новый ход, лукаво улыбнулась и предложила:
— Не хочешь покупать мне, купи для Лиз. Она ведь никогда сама не попросит, Тогда, по крайней мере, я смогу у нее эту блузку одалживать.
— Вот именно. Элизабет никогда ничего не просит. Тебе есть чему у нее поучиться. А насчет блузки… посмотрим. Не знаю, понравится ли она Элизабет — у нее не такие экстравагантные вкусы, как у тебя. Хотя должна сказать, ты сегодня выглядишь очень прилично, — миссис Уэйкфилд улыбнулась.
Элизабет была уже в дверях, когда мать окликнула ее.
— Джес…
Элизабет замерла как вкопанная. Наверняка ее выдала какая-нибудь мелочь, про которую она забыла при этом спешном «перевоплощении». Сердце ее заколотилось так, что, казалось, в соседней комнате слышно.
— Удачи тебе на экзамене. Конечно, ты могла бы и побольше позаниматься, но все равно, я уверена, ты все хорошо сдашь.
— Э-д-да, конечно, — пролепетала Элизабет. — Пока, мама И она понеслась прочь от дома, будто за ней гналась свора собак. Маневр удался — да, но какой ценой? Весь этот обман был ей отвратителен. И кто ее за язык тянул? Чего ради было просить эту блузку? Про бедный желудок и говорить нечего — он раздулся так, словно она проглотила воздушный шар.
Не-ет, пожалуй, удавить Джессику будет мало.