Проснись в Фамагусте

Неизведанное, с чем ещё никогда и никому не приходилось сталкиваться, показалось ему пустотой.
Полная луна — прародительница мистерий — звала ступить на неведомый путь, все выше вознося над горизонтом смутный радужный ореол.
«Фамагуста», — пришло на ум знакомое слово, и как бы в рифму ему отдалось потонувшим колоколом: «Холакауст»…
Смит заметил, как по краям гало возникли пятна непроглядного мрака. Медленно сходясь к невидимому центру, они вошли в освещённое поле, словно две половинки земной тени. Подумав, что сильная рефракция ночного гималайского неба могла столь причудливо исказить картину обычного затмения, Смит мысленно увидел голубой в белых облачных завитках шарик, повисший в чёрной пустоте между далёким, вскипающим вихрями солнцем и крохотной жёлтой луной. Единственный живой островок зачем-то летел среди вечного неодухотворенного холода, пронизанного ливнями смертоносных частиц.
Мысль о том, что Земля могла расколоться, неприятно кольнула его, хоть и показалась нелепой.
— С перевала движется караван, — доложил наблюдатель верховному ламе.
— Это они вернулись.
— Все? — несказанно удивился старик с лицом потемневшей сандаловой статуэтки.
— Их совсем мало, — равнодушно ответил монах, кутаясь в алое одеяние.