Охотник
— Хотят поймать, так половить придется, — проворчал он, прилаживая на лбу головной ремень, и с этими словами начал поход, который должен был стать последним испытанием для его крепких ног, последним вызовом запутанным обстоятельствам и человеческому закону, словом, — его итоговым вызовом судьбе.
Он чувствовал себя в относительной безопасности, пока держался лесистых долин, но скоро ему пришлось выйти на открытое место, чтобы пересечь один хребет, а потом и следующий. Он все время старался идти, заслоняясь от преследователей очередным гребнем, и был уверен в том, что не упустит ни одной возможности, которую давали ему его сметка и сноровка, как вдруг его потрясло появление еще двух людей. Они появились с совершенно неожиданного направления и шли по противоположному склону долины. Он припал к снегу в тени скалы, но мешок его высоко выдавался над снегом, и Рой, наблюдая за ними, чувствовал себя словно парализованный страхом тетерев. Они были так близко, что он различал их лица, и, без всякого сомнения, это были пушные обходчики. У них были форменные брюки, кожаные куртки и все снаряжение обходчиков. Они его еще не заметили, но ему нельзя было двинуться с места раньше, чем они отойдут хотя бы на полмили. Осторожно поворачивая голову, он осматривался по сторонам, пока не увидел другую пару того же патруля. Идя зигзагами, они вместе с товарищами густо прочесывали всю местность, как это делал и первый патруль.
Вторая пара была так далеко, что Рой едва мог их различить, но все же в одном из них он угадал пушного инспектора из Сент-Эллена. Тот же объемистый живот, та же тяжелая, но уверенная и быстрая походка — все это очень напоминало инспектора из Сент-Эллена. Рой не был вполне уверен, но и от того, что он увидел, кровь молотком застучала ему в виски. Он все еще не мог двинуться с места, потому что первая, ближняя пара не сходила с гребня, но когда она, наконец, стала спускаться, заходя ему за спину, он потихоньку перебрался через гребень и начал быстрый спуск, используя и свой вес и вес своего груза, с отчаянной яростью приминая снег и зная, что вот-вот патруль пересечет его следы — и тогда-то и начнется настоящая погоня.