Демон

Рэйко Гэннаи сдвинула крышку коробки, в ней обнажились: кисть, тушечница, палочка для растирания и маленькая пипетка в форме дракона. Взяв пипетку, она накапала воды в углубление тушечницы, затем потерла палочкой по шероховатой поверхности камня, делая водный раствор. Когда получилась жидкая тушь, Рэйко взяла квадрат плотной бумаги из другой коробки и положила на стол.
Затем она встала, подняла столик и пристроила мужу к талии, будто это поднос с завтраком. Обошла футон кругом и, стоя спиной к баллону с кислородом, наклонилась через столик, чтобы снять колпачок с кисточки. Этой кисточке из слоновой кости было больше четырехсот лет, ею пользовался император Китая в эпоху Мин. А семье Гэннаи кисть подарил император Японии Хирохито.
Рэйко Гэннаи макнула кончик кисти в тушь, потом вложила кисть в пальцы мужа. Прошептала ему в ухо:
— Пиши, как я говорю. «Я, Ясуда Гэннаи, обращаю свою последнюю просьбу к коллегам в „Мудзин“ — прошу, чтобы они удостоили моего любимого сына Хандзо большой чести, избрав его…»
Глаза умирающего расширились. С трудом он расправил свои деформированные пальцы, кисть выпала. Он медленно покачал головой.
Его жена взяла квадрат бумаги, посмотрела на пятно, оставленное кистью, разорвала листок пополам и затем еще раз пополам. Отложив клочки, она вытащила новый лист и положила на столик. Заново макнула кисть и, потянувшись налево, перекрыла мужу кислород.
Выпучив глаза, Ясуда Гэннаи в ужасе воздел руки, беззвучно умоляя ее. Лицо его покраснело. Грудь быстро вздымалась и опадала. Через пять секунд Рэйко пустила кислород, наклонилась к мужу и прошептала:
— Пиши, как я тебе говорю. — Она снова вложила кисть в его дрожащие пальцы. Теперь она, диктуя, помогала ему выписывать каждую черточку.
Когда они закончили, Рэйко отложила кисть и достала из коробки печати и киноварь. Яшмовые печати, в форме моркови, были гравированы искусным мастером. Рэйко Гэннаи вдавила гравированный конец официальной печати в киноварь — напоминающее воск вещество, известное также как «драконье мясо». Затем приложила этот конец к бумаге, там остался ярко-красный отпечаток. То же самое она сделала и с фамильной печатью.
Наконец она последний раз прочитала письмо. Довольная, перевела взгляд на мужа. У него вид был испуганный и непокорный. В глазах читалось сильное желание жить. Пока он дышит, муж может помешать Рэйко сделать по-своему. На это его хватит.
Его глаза говорили — начнет он с того, что продержится еще одну минуту. Потом еще одну. Минут этих может набраться столько, что ее планы рухнут…
Она убрала на место письменный столик. Сидя прямо, ягодицами упираясь в пятки, она рассматривала мужчину, который занимал такое большое место в ее жизни. Взглянув на бумагу, которую она вынудила его написать, Рэйко закрыла глаза. Через несколько мгновений открыла. И выключила Ясуде Гэннаи кислород.