Президент

Весь разговор, естественно, записывался на диктофончик, который был спрятан под формой участкового милиционера и без проблем прослушивался в оперативном в джипе.
Они прошли к машине и вскоре такси, развернувшись на стоянке возле зоопарка, подалось вверх по Тургеневской. Акимов вытащил из кармана «моторолу» и соединился с Морозом. Обрисовал ситуацию. Джип подкатил буквально через три минуты. И они понеслись на улицу Павлова, к Кирееву. Однако на углу улиц Тургеневская и Багратиона они попали в пробку — столкнулись два трейлера-дальнобойщика и одного из них развернуло поперек улицы. Водитель предложил ехать через Тракторную площадь, но это заняло бы лишних двадцать минут.
Мороз созвонился с Гордеевым и доложил обстановку. Тот успокоил: мол, квартира Киреева находится под наблюдением и вопрос только в том — брать сейчас этого Гасанова или дать ему возможность пройти в квартиру и скрутить его в тот момент, когда он будет лезть в тайник..
Однако все получилось по-другому. Сев в машину, Гасанов приказал водителю ехать на колхозный рынок. Когда такси подъехало к центральным воротам, там ее уже ждали. В машину залезли еще двое: украинец Михайло Сивко и чеченец Руслан Масаев. У них были большие спортивные сумки, которые они водрузили себе на колени. Участковый оказался зажатым между только что подсевшими людьми. От Сивко несло луковым перегаром, а от чеченца прелыми, давно не стиранными носками.
Михайло напоминал грызуна: он быстро, передними зубами, разгрызал семечки, сплевывая шелуху себе под ноги. Он дотронулся до плеча сидящего впереди Гасанова и спросил:
— Все в порядке?
— Нет, не все, — однако дальше при водителе такси тот говорить не стал.
К дому Киреева они подъехали с тыльной стороны, но выходить из машины не стали. Гасанов со своего места внимательно осмотрел этажи дома. Вглядываясь в каждое окно, он думал о засаде. Повернувшись к участковому он сказал: «Иван, ты в какую квартиру заходил?» «В двенадцатую, а что?» «Ты ничего не заметил… Ну я имею в виду каких-нибудь нехороших людей?» «Да нет, вроде все было спокойно. Правда, у лифта встретились две тетки, но я знаю точно, что они из этого дома».
— Михайло, оставайся с Вано тут, а мы с Русланом сбегаем за вещами, — Гасанов открыл дверцу. — Лейтенанта не обижай, но пока мы не вернемся, из машины не выходите…
— Добре, — сказал Михайло и острое недовольство сквозануло в его карих глазах..
Они вышли из машины и скрылись за домом..
— Товарищ лейтенант, — обратился таксист к Усачу, — вы случайно не курите? — шофер почувствовал безотчетную тревогу и пытался прозондировать атмосферу. Что-то его насторожило…
— Нет, недавно бросил.
Михайло вытащил пачку «Малборо» и протянул ее водителю.
— Да мне только одну, — и заскорузлые пальцы таксиста неловко стали вытаскивать из пачки сигарету. И Усач заметил как мелко вибрируют пальцы этого человека. А у него и у самого где-то между лопаток вдруг побежал нехороший холодок…
Вот поэтому, наверное, раздавшиеся где-то поблизости выстрелы не были для них большой неожиданностью. Сначала одиночные — три или четыре выстрела, затем отчетливая барабанная дробь, какую только и способен воспроизводить АКС. Сверху послышался звон стекла и через несколько мгновений раздался глухой удар о землю. В трех или четырех метрах от машины, на цветочной клумбе, распласталось тело Масаева. Его правая рука хотела опереться, но, скользнув по траве, затихла.
— Ну, братцы, я отсюда поехал, — водитель включил зажигание и уже наворачивал баранку, когда Михайло вставил ствол пистолета в затылочную впадину водителя.
— Никуда, батя, ты не поедешь пока мой друг не вернется, — и он выстрелил.
Участковый несколько мгновений пребывал в ступоре. Но еще раз глянув на лежащего без движения Масаева, он без замаха, локтем, сильно шибанул по лицу Михайлы, а другой рукой взял на захват руку, держащую пистолет. И почти получилось, если бы в борьбе его фуражка не сползла ему на глаза и он на время не потерял из виду того, с кем боролся. Раздался выстрел и Усач ощутил как его грудную клетку что-то чудовищно начало распирать изнутри, он хотел выдохнуть, но дыхание было намертво перекрыто. Теряя сознание, он услышал еще два выстрела — один за другим… Как будто из глубокого колодца он различил знакомый голос Мороза: «Сволочи, убрали свидетелей… Гена, вызывай скорую, возможно, еще что-то можно сделать».