Президент

— А что у нас сегодня? Четверг? В субботу к одиннадцати прошу вас в гости. Экипировка будет наша и даже наши харчи, правда, щи да каша, но зато после пробежки они пойдут за милую душу.
— Одному бежать не то…
— Почему одному? Пойдете в группе, вас никто не узнает, все на дистанции, как обычно, бегут в масках…
Когда их не очень затяжная встреча заканчивалась, Шторм спросил:
— Как вы, считаете, Владимир Владимирович, в чем тут дело — почему затянулась война в Чечне? Ведь у нас численное превосходство… Причем, по всем статьям — от автомата до реактивных бомбардировщиков…
— Боюсь, этот ваш вопрос останется без ответа. Я сам хочу разобраться во всем. Иногда у меня создается впечатление, что мы для этого народа, словно инопланетяне, против которых они решили воевать до последнего человека. При этом не желая знать — что же эти инопланетяне им несут — добро или зло… Это им без разницы. Даже если инопланетяне построят им школы, больницы, будут выдавать пенсию, обеспечат работой. И независимо от того, что их вожди упразднили гражданские суды, запустили пенсионное обеспечение, разрушили все отрасли народного хозяйства, а остатки национального продукта разделили между своими кланами.
— Прямо-таки какой-то дикий парадокс. Значит, они согласны на что угодно, чтобы только не быть бок о бок с инопланетянами? И это осознание дает им силы?
— Десятикратные! А может, стократные. Но здесь есть одно «но» : эти люди, как никакой другой народ, подвержены влиянию пророков… Пророков в кавычках, конечно… Они доверчивы, как дети и верны своим пророкам тоже как дети… А пророки-то — бандиты, кровопийцы, чего поклоняющиеся им не видят. И пока мы этих самозванных пророков не поставим на место, все будет продолжаться… Надо разорвать пуповину.
Шторм, слушая своего бывшего слушателя, видел, как тот волнуется, хотя внешне это никак не выражалось… Лишь на лбу, ближе к виску, трепетно пульсировала голубая жилка.
Путин вышел на кухню и вскоре вернулся с бутылкой фанты и пластмассовыми стаканчиками. Налил себе и Шторму.
— Наверное, я вам надоел своими разговорами, хотя прекрасно понимаю, что эта тема гипертоническая…
Он проводил гостя до машины и подождал, когда она выедет в открывшиеся ворота. В тихом вечере еще клубился сизый дымок, когда Путин взошел на крыльцо, оборотил лицо к бледнеющему небу. Две или три зеленоватые звездочки уже жили там своей жизнью, навевая какие-то странные отрадные ощущения…